Джен поступила так, как поступила бы на ее месте любая девушка – она завизжала от восторга, запрыгала, захлопала в ладоши и принялась рассматривать наряды. А жизнь рабыни не так уж и плоха!
Через пять минут Джен, одетая в бежевое хлопковое платье в мелкий цветочек, вертелась перед зеркалом. А что, не такая уж она дурнушка, какой привыкла себя считать. Ну и что, что внешность у нее самая обычная, зато все на месте. Глаза есть? Есть, даже два очень симпатичных серых глаза, да еще в придачу с густыми ресницами. Нос имеется? Вполне себе такой маленький прямой носик. Уха два, рот один. Все, как и должно быть. Вот только веснушки портили картину. Всю свою сознательную жизнь Джен боролась с этими дурацкими веснушками, но они, упрямые, не поддавались никаким заговорам и мазям. В принципе, на них можно бы и не обращать внимания, веснушки были бледные и издалека даже не заметные, но Джен свято уверовала в то, что именно они отпугивали всех потенциальных ухажеров.
Удивительно, но платье сидело точно по фигуре, даже шнуровку подтягивать не пришлось. И когда только колдун успел снять мерки? Вчера ночью он почти и не смотрел на нее.
- Значит, тебя зовут Квентин? – спросила Джен свое отражение в зеркале и нахмурилась. Получать красивые наряды, конечно, приятно, но она на своем горьком опыте убедилась - колдун просто так и пальцем не пошевелит, ей это будет очень дорого стоить.
Вздохнув, Джен расчесала длинные каштановые волосы, собрала их в пучок и повязала на голову косынку. К поясу прикрепила булавками белоснежный передник, отделанный тончайшими батистовыми кружевами, и отправилась умываться.
Кухню нашла по запаху свежеиспеченных пирожков.
- Вот и наша девочка проснулась, - радостно приветствовала ее Лизабетта. Похоже, она уже давно тут хозяйничала. Интересно, она вообще спать ложилась? – Ты не стой на месте. Чайник на плите, чашки и тарелки в буфете. Сама наливай, накладывай. Вон туда садись, к окну.
Посреди просторной кухни стоял большущий прямоугольный стол и массивные скамьи, казалось рассчитанные на семейство великанов. Джен поразилась количеству утвари. Сковороды, чугунки, кастрюли, плошки, миски, поварешки занимали почти все рабочее пространство, как и связки лука, чеснока, красного перца и мешочки с крупами. Словно в доме живет не один-единственный не сильно упитанный колдун, а целая толпа народу, на которую нужно готовить горы еды. Загремел противень, метко брошенный на стол, в воздухе разлился ароматнейший запах свежей выпечки. У Джен потекли слюнки.
Пока Джен наливала травяной чай и накладывала в тарелку горку пирожков, Лизабетта сосредоточенно гремела поварешкой и что-то негромко бормотала себе под нос. И едва Джен собралась откусить первый кусочек, как в кухню вошел колдун.
В обычной белой рубашке, широких темных брюках и мягких домашних туфлях он совершенно не производил впечатления великого и ужасного мага, способного одним движением изящной черной брови раскидать толпу бандитов. Перед Джен стоял высокий худощавый брюнет лет тридцати с лишним, и если бы она не знала о его коварстве и могуществе, то вполне возможно сочла бы симпатичным.
- Приятного аппетита.
Квентин сказал это вроде бы без выражения, а вроде как бы и со скрытой насмешкой, Джен не разобрала, и оттого сразу же почувствовала себя неловко. И для того чтобы эту неловкость скрыть, она бодро откусила застывший около рта пирожок.
- Спасибо, - жуя, поблагодарила она. Невежливо, конечно, но пусть этот доморощенный чароплет не думает, будто она – легкая добыча.
Лизабетта тут же засуетилась вокруг хозяина. В мгновение ока на столе перед ним выстроилась вереница тарелок с кашей, творогом, фруктами, блинчиками, варениками и яичницей.
- Лизабетта, - умоляюще простонал колдун, - ты хочешь, чтобы я лопнул?
- Ничего, ничего, ешь! – сурово проворчала старушка и погрозила пальцем. Стоя, она была одного роста с сидящим Квентином. – Совсем скоро отощаешь со своими ночными похождениями. Вон, под глазами уже синяки залегли, куда это годится? Чтобы все съел. Пока не съешь, из-за стола не выпущу!
Джен вгляделась в лицо колдуна и никаких признаков надвигающегося истощения не заметила. Квентин выглядел вполне здоровым и выспавшимся. Он, не обращая внимания на причитания Лизабетты, в упор рассматривал Джен. Внешне спокойный и невозмутимый, но в глубине карих глаз совершенно отчетливо виднелась наглая издевка. Вот как, за дурочку ее держит? Джен тут же внутренне собралась и приготовилась к битве.
- Так вот ты, значит, какая – выпускница Дольстрема со строптивым характером? Не желаешь работать по распределению? - усмехнулся он.
- Откуда? - Джен поперхнулась и закашлялась, кусок пирожка встал поперек горла.
