— Да, — кивнул он, ведя своего единорога лёгким движением поводьев. — Просто когда-то давным-давно мы потеряли способность управлять "изначальной" магией — эфиром. Оставили себе только… как это сказать… "вторичную" магию. Стихийную.
— Ты хочешь сказать, это как если бы маги воды могли управлять льдом и паром, но не самой водой?
Дилан задумался, слегка нахмурив брови, а потом кивнул.
— Ну, что-то вроде того, — подтвердил он, не скрывая лёгкой неуверенности. — Эфир — это как… источник всего. А стихийная магия — это уже то, что получилось после.
Мара сжала поводья сильнее, стараясь не выдать своего волнения. В голове звучал эхом только один вопрос: почему никто больше не говорит об этом?
— А что ты знаешь о своей прабабушке? — спросила она.
Дилан пожал плечами, его единорог слегка фыркнул.
— Да почти ничего. Говорят, у неё была доминанта воды. Вот и всё. Даже имени её никто не знает, — ответил он, словно эта информация не имела для него никакой ценности.
Мара смотрела на него так, будто он только что выбросил на землю древний артефакт и растоптал его. Она быстро отвела взгляд, чтобы скрыть своё разочарование и сосредоточилась на звуке копыт по дорожке, пытаясь успокоить свои мысли. Она могла бы продолжить разговор, могла бы задать ещё кучу вопросов, но боялась, что он начнёт подозревать что-то странное.
Вместо этого она решила сменить тему.
— А почему твои родители разводят единорогов? — спросила она, оглядываясь на своего спутника.
Дилан усмехнулся, его голос стал чуть мягче.
— Это у нас семейное. Ещё мой дед этим занимался, и его отец тоже. Они всегда говорили, что единороги — это символ магии. Их нельзя приручить полностью, но с ними можно заключить договор.
Сделав полный круг вокруг академии, они вернулись в конюшни.
Мара медленно и неуклюже вылезла из седла, а Дилан уже легко соскочил со спины Ириски и, как всегда, выглядел так, будто вообще не напрягался.
— Позволь, я помогу, — предложил Дилан, когда Мара потянулась к ремням.
— Я справлюсь, — быстро ответила она, но он лишь усмехнулся и, не слушая, подошёл к Снежку, чтобы помочь ей снять уздечку.
Мара закатила глаза, но решила не спорить. Пока она отвязывала подпругу, её взгляд невольно задержался на Дилане. Он двигался уверенно, привычно, словно делал это сотни раз — и, возможно, так оно и было. Единороги доверчиво склоняли головы, позволяя ему расстёгивать ремни.
Когда они закончили рассёдлывать лошадей и отнесли снаряжение на место, Мара уже почти расслабилась. Всё прошло не так уж плохо. Несмотря на его невыносимую самоуверенность и язвительные комментарии, он вёл себя довольно мило большую часть времени.
Они вышли из конюшни и направились обратно к академии. Мара изо всех сил старалась игнорировать убийственные взгляды нескольких девочек, стоявших у фонтана.
У лестниц, ведущих в жилое крыло, они остановились.
— Может быть, повторим как-нибудь? — небрежно бросил Дилан, как будто это была не просьба, а само собой разумеющееся продолжение их общения.
Мара растерялась. Язвить в ответ на его неловкие знаки внимания при всех, под одобрительные смешки Дамиана — это одно, но отказать ему один-на-один, как сейчас, глядя в глаза было гораздо сложнее. Тем более, что он больше не казался её таким уж невыносимым.
Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент из холла появился Дамиан. Мара почувствовала мгновенное облегчение и прониклась к нему безграничной благодарностью за его умение появляться в нужный момент. Брови Дамиана едва заметно приподнялись при виде их, но он быстро взял себя в руки.
— А я-то думаю, куда ты запропастилась, — сказал он с нарочитой беззаботностью.
— Ладно, — поспешно сказал Дилан, опасливо косясь на Дамиана. — Увидимся.
Он торопливо направился по лестнице вниз, в подземелья Тритонов.
— Ты собираешься меня от него избавить, или нет? — зашипела Мара, едва Айр вышел за пределы слышимости.
— Избавить? — задумчиво протянул Дамиан. — Я бы мог, конечно, но… Лишить себя удовольствия наблюдать, как ты раз за разом отшиваешь главного красавчика школы? М-м-м… Нет, пожалуй, нет.
Мара разочарованно покачала головой, а он вдруг добавил:
— Если он уж так тебе неприятен, зачем ты с ним гуляла?
— Он сам увязался за мной в конюшни и уговорил на прогулку верхом, — ответила Мара.
— Уговорил? — Он насмешливо вскинул брови. — И как ему это удалось?
— Вообще-то, — она понизила тон до щёпота. — Он рассказал мне кое-что новое об эфире.
— Ах, вот оно что, — протянул Дамиан с язвительной улыбкой, открывая для неё тяжёлую дверь общей комнаты. — Ты, оказывается, можешь с завидным постоянством отвергать несчастного парня, но только до тех пор, пока тебе от него что-нибудь не понадобится.
Мара фыркнула, проходя под его рукой.
— У него в роду была эфирная заклинательница, — сказала она, глядя на него серьёзно.
— Неужели? — тон Дамиана не сбавлял скепсиса. — Ты уверена, что это правда? Что он не придумал это, чтобы затащить тебя на прогулку?
Мара тут же поникла.
— Я об этом не подумала… — тихо сказала она, злясь на себя за свою наивность.