Все замолкли. Кто-то хмыкнул, но общий гул сошёл на нет. Дамиан встал чуть прямее, подбирая слова, и на его лице не было и тени привычной улыбки. Казалось, его голос приобрёл дополнительную силу, словно он не просто капитан клуба, а командир, обращающийся к своим солдатам перед важным сражением.
— Послушайте внимательно, — медленно начал он, обводя всех взглядом. — Мы не собрались здесь, чтобы устраивать показательные бои для судей на турнирах или доказывать, кто самый честный маг. Если вы думаете, что в настоящей драке есть место справедливости — вы ошибаетесь. Настоящая драка — грязная, жестокая и хаотичная. И то, что вы называете «жульничеством», для других станет оружием, с которым вы даже не поймёте, как справиться.
Он ненадолго замолчал, позволяя своим словам осесть в тишине.
— Молнии никогда не были запрещены, — продолжил он холодно, — и я не собираюсь это менять.
Талула и Сесил смотрели на него с одинаковым выражением лёгкого раздражения, смешанного с несогласием.
— Мы здесь, чтобы учиться защищаться и нападать. — продолжил он. — Но капитан здесь я. Если вас что-то не устраивает — вы знаете, где выход. Я никого не держу. Но если вы уйдёте, то никогда не узнаете, как выжить, столкнувшись с настоящей молнией.
Никто ничего не говорил, но напряжение в воздухе было таким густым, что его можно было резать ножом. Взгляд Мары метался между остальными. Талула, всё ещё хмурясь, упрямо скрестила руки на груди. Сесил изобразил на лице обиженную усмешку, но избегал смотреть кому-либо в глаза. Остальные студенты переглядывались, явно недовольные, но… никто не ушёл.
Дамиан, удовлетворённый результатом, вздохнул.
— Хорошо, — сказал он ровным голосом, будто всё шло по плану. — Тогда сейчас я вам покажу, что делать с молниями. Чтобы ни у кого не осталось сомнений.
Его глаза скользнули к Маре, и до того, как она поняла, что задумал её друг, он подтолкнул её к центру площадки.
— Почему опять я? — возмущённо прошептала она, резко оборачиваясь и посылая ему взгляд, полный негодования.
Он наклонился чуть ближе к её уху, не скрывая хитрой улыбки.
— Доверься мне, — прошептал он. — По моему сигналу запусти в меня такую сильную молнию, какую только сможешь.
— Ты с ума сошёл? — чуть громче прошипела она.
Но Дамиан, вместо ответа, лишь выпрямился и кивнул всем собравшимся:
— Для начала — молнию действительно нельзя отразить. И почти невозможно увернуться. Но это не значит, что молния — неизбежное поражение. Она бьёт точно, да, но её можно… перенаправить. Через собственное тело.
— Что-что? — бросил кто-то, но Дамиан поднял руку, прося его замолчать.
Дамиан отступил на несколько шагов и развёл руки в стороны. Его голос снова стал громким и уверенным:
— Просто направьте её энергию в себя, примите её, и позвольте выйти в нужном направлении, — сказал он, будто описывал что-то совершенно обыденное. — Вот так.
Он бросил на Мару взгляд, короткий, полный доверия
— Мисс Сейр, будьте добры, — он чуть поклонился ей.
— Ну ладно… — пробормотала она.
Мара сделала пару глубоких вдохов, чувствуя знакомое покалывание в пальцах. Она медленно направила руку, чувствуя, как энергия пульсирует в её теле, и сосредоточила заряд на кончиках пальцев. Затаив дыхание, она выпустила молнию.
Раздался оглушительный треск, и в следующий миг ослепительно яркой разряд врезался в правую руку Дамиана. Он чуть присел под её тяжестью, и за долю секунды энергия прошла через него, выйдя через левую ладонь. Вспышка растворилась, ударив в пустое пространство.
Вокруг воцарилась гробовая тишина.
Мара стояла, разинув рот. Дамиан же выпрямился, встряхнул руки, словно ничего особенного не произошло, и поправил жилетку.
— Вот так, — спокойно сказал он, словно продемонстрировал карточный трюк, а не пропустил через себя высоковольтный заряд. — Начните с небольших разрядов.
Студенты принялись послушно разбредаться по парам.
— Ты чуть меня не убила, — весело шепнул Дамиан Маре на ухо, проходя мимо.
— Я не должна была использовать молнию, — сокрушалась Мара по дороге обратно в академию. Тяжёлое чувство всё это время сидело где-то в груди, но теперь прорвалось наружу. — Это всё из-за меня, да? Из-за меня начался весь этот спор.
Дамиан в ответ только устало скривился.
— Перестань, — махнул рукой он.
— Нет, правда, Дамиан, — не успокаивалась Мара. — Если бы я не выстрелила молнией в Сесила, ничего бы не было. Они бы не стали говорить о драконах такое. Может быть, мне даже не стоило сюда приходить…
Он посмотрел на неё так, как будто она сказала что-то невероятно глупое.
— Во-первых, — начал он. — Молния против Сесила — это лучшее, что ты могла сделать. А во-вторых… ты думаешь, мы не слышали ничего подобного раньше?
Мара нахмурилась, но ничего не сказала.
— Ха, — с усмешкой продолжал он. — Честно говоря, то, что кто-то первый раз назвал драконов опасными психопатами аж в декабре — это большое достижение.
Она невесело улыбнулась.
— Ну… я не знаю, — пробормотала она. — Может, я всё равно ухудшила ситуацию.