— Есссли я от неё не избавлюсь, то перед сссмертью лишу тебя материального тела, которое ты с таким усердием формировал в нашей реальносссти. Ссстанешь бесплотным, ни на что не годным духом. Танцующим чёрным огоньком без голоссса, каким был в нашу первую встречу.
Видя, что его слова возымели действие, и злобная тварь притихла, колдун обвёл рукой ритуальный круг:
— Три чаши крови невинных в обмен на информацию. Я отправлял тебя найти исссточник скверны. Дал понюхать собственный гной чтобы ты нашёл его. Ты сссправился?
Из круга раздался рык сменившийся визгливой, капризной фразой:
— О! Я нашёл многое! Но кррровь невинных это недостойная плата!
Шадарат поднял руку и сжав пальцы произнёс слово боли. Иралак забился и захлопал крыльями, его кости затрещали, готовясь сломаться, а из зубастой пасти пошла кровавая пена.
— Сегодня у меня нет времени на игры. Если хочешь вылакать их все, придётся сообщить что-то стоящее. И чем больше сссообщишь, тем выше будет шанссс, что тебе достанутся все три.
Сквозь хрип и повизгивания донёсся скрежещущий голос из тьмы:
— Хрустальный жре-ц, опутан чаррами!!! Заперт и пленён светловолоссой сссукой!!!
Шадарат молчал и не разжимал пальцев. Слово боли продолжало действовать. И видя, что информация признана несущественной, сквозь болезненный вой демон вытолкнул из себя новые слова:
— Тень! Тень! Бррродит по чертогам! Видела нас! Видела! У неё восемь глаз!
Тело бесёнка готово было сломаться, судорожно билось проталкивая в себя воздух и выхаркивая чёрные слюни.
— Ещё!
В темноте за спиной заклинателя завыло и хрюкнуло. Обычный трюк, минимальное воздействие на реальность, получившееся у демона благодаря его собственным страданиям. Раньше у Шадарата в такие моменты по спине пробегали мурашки, но он быстро уяснил, что демоны питаются страхом и с тех пор всегда притуплял свои чувства настойками.
— На складе… на складе воздух дышит скверной. Шипит и булькает… арх! Стены обрастают грибами! Всё! Ннне видел…бббольше! Отпппустии!!!
Но Шадарат слишком давно якшался с демонами чтобы верить им на слово. Вместо того чтобы отпустить он сжал пальцы сильней и кости в одном из крыльев хрустнули, переламываясь словно спички.
— Не риссскуй физической оболочкой. Говори до конца.
Бесёнок взвыл дурным голосом и разразился проклятьями, но когда захрустело и второе крыло вдруг завопил:
— ОН ЗДЕСЬ! ЗДЕСЬ! В ПОКОЯХ У ЯРЛА! НА ВИДУ У ВСЕХ! ААААААААААААААА!!!
Шадарат отпустил своего искалеченного слугу и бросив «жри!», вскочил на ноги и вышел из помещения. Он не боялся мести демона, тот итак бы его убил будь у него такая возможность. Колдуна хранили его амулеты и руны в стенах крепости. Бесёнок не смог бы даже проникнуть сюда, без воли своего господина.
Впрочем, как и большинство низших демонов он был невероятно, просто звероподобно злобным и норовил напакостить буквально во всём. Если бы не ритуальный круг, не дающий крылатой твари лгать, она бы ни сказала и слова правды.
Войдя в следующую комнату, колдун пошатнулся и упал бы если бы не упёрся руками в длинный, резной стол. Здесь среди множества свитков и бумаг, эликсиров, тряпиц и мазей, он нашёл нужный сосуд и вытащив пробку зубами, выпил его содержимое до дна.
Отбросив опустевший пузырёк в сторону и утерев выступившую на лбу испарину, демонолог побрёл к выходу из своего чертога. Враг был рядом, в покоях ярла и следовало разобраться с ним как можно быстрее.
— Тебе не кажется, что тут слишком тихо?
Проходя внешний балкон и ступая на предпоследний этаж скалы-крепости, мы ответили:
— Раньше здесь всегда стоял пост, но следов схватки не видно. Ты что-то чуешь?
Серриса покачала головой:
— Сложно сказать, слишком много страданий. Заражённые… раненные… нежить в городе… всё это создаёт неустойчивый фон. Знаешь такой, как будто из-за угла ветром нет-нет приносит трупную вонь.
Вопросов мы больше не задавали, потому что сами видели нарастающие изменения вирта. Большая часть виртуальных событий была не статична, постоянно развивалась и, судя по всему, события в крепости карлов не были исключением из этого правила.
За прошедшие сутки посты исчезли, будто все воины покинули крепость, а коридоры наполнились звенящей тишиной. Редкие карлы, попадавшиеся нам на пути, быстро терялись из вида будто боялись с кем-либо сталкиваться.
Спустившись на этаж, где раскинулись наши покои, мы наконец-то увидели группу карлов, которая не планировала никуда сбегать. Более того, они ждали именно нас. Увидев шагающих в их сторону ходоков, они будто нарочно не обращали на нас внимания.
И чем ближе мы подходили, тем более странным это казалось.
