— Я отдала его Молоху и ни о чём не жалею! Он стал моей жертвой вместо ребёнка! Он труп!
Анни нахмурилась:
— Это многое объясняет. Но он жив. Красная линия его судьбы всё ещё бежит в нашем саду, а заключённый договор в силе. Н’кар?
Вампир позади Анни, тот самый что снял на входе магическую ловушку с помощью хрустального куба, щёлкнул костяными чётками в своих руках:
— Она говорит правду. По крайней мере верит что то, о чём она говорит, правда.
Анни улыбнулась:
— Сейчас мы оставим тебя. Но советую тебе бежать до того, как твой владыка вернётся. Он скор на расправу.
Вампиры отступили от связанной и растворились в тенях. И только с их исчезновением колдунья поняла, что просчиталась. Её жизни ничего не угрожало.
Дети ночи знали, что ребёнок ЕГО.
За горным кряжем, отделяющим земли карлов от бушующего моря, раскинулись леса Иллиндир. Земли лесного народа, полные затаённых и диких мест.
Чемпион Тура давно спустился с холма и придерживаясь одного направления шёл к горному кряжу. За время его отсутствия леса покрылись листвой и скрыли от чужих взглядов своих обитателей. Приключения говорящего за мёртвых по его ощущениям продлились не больше нескольких часов, в то время как в обычной реальности прошло порядка двух месяцев.
Дождь так и не прекратил поливать заросли. Его струи смыли с доспеха и грязь и кровь. Серое небо продолжало исторгать из себя армию капель, и те, шурша по многочисленным листьям, разбивались о крепкие латы и землю.
У владыки Моррана было время подумать.
Его человеческое начало снова боролось с машинным. Абсолютная рациональность ломалась об испытываемые им эмоции. Он должен был принять решение о некромантке и вообще перестать о ней думать.
Но не мог. Человеку в нём импонировала такая забота о ребёнке. Она была естественна. Не шла в разрез с его моральными принципами. Была понятна и логична. Предательство… тоже было ожидаемо. Он знал с кем имеет дело. Путь тёмного колдовства всегда сопряжён с откровенным злом, пожинающим плату.
Что-то внутри него, искало поводы не убивать некромантку. И что самое интересное, находило их. В конце концов… какой с её смерти прок?
Воин вышел к прогалине, истоптанной десятками ног, и остановился. Присев на одно колено он склонился над ними. Тропа была свежей. Вытоптана по-варварски, мешающие деревца были сломаны и отброшены в сторону, кусты смяты, выпирающие из земли корни раздроблены.
Трава вмята в грязь.
Книги, прочитанные Морраном в скале-крепости рассказывали об этой земле многое. О полчищах тэклитов, что любят селиться в древних лесных городищах. О поселениях огров, на этой стороне горного хребта. О пещерах, соединённых с глубинным подземьем, из которого приходят жестокие отряды тёмноэльфийские рейдеров.
Но следы принадлежали не им. От тропы несло демонами.
Измочаленные корни начали гнить. Смешанная с землёй трава на глазах чемпиона выпустила из своего нутра несколько зловонных пузырьков. А отметины от когтей на искалеченной древесине потемнели.
Что бы ни проникло в обитель лесного народа, оно было злом.
Выброшенного по эту сторону гор Моррана не интересовали происходящие здесь события. Но тропа шла параллельно его маршруту, в том же направлении, наискось пересекая раскинутые между побережьем и горами леса. К тому же, присутствие демонов, которые обрели материальное воплощение, отпугивало прочих тварей от этой тропы.
Сопоставив все факты, он решил ею воспользоваться.
Жажда и голод не грозили владыке в ближайшее время. Небольшой запас воды и солонины всегда был при нём в поясных сумках. Остальное осталось навьюченным на Баюна, ездового барана оставленного возле свежевальных складов во Въёрновой пади.
Прямо на ходу он подкрепил силы, не позволяя аватару ослабнуть.
Двигаясь вслед за неизвестными, очень скоро он определил принадлежность отдельных, пусть и размытых следов. По тропе шли троглодиты. В книгах их описывали как ящероподобных, подслеповатых существ, живущих в подземельях. Хаосопоклонники и язычники, они использовали разнообразную племенную магию, от привычных людям стихий, до некромантии и призыва духов.
К вечеру дождь зарядил с новой силой, но трёхликий больше не был ущемлён собственным доспехом и поэтому мог не экономить, используя кровь для создания рун и заклятий. Прочитанные книги из обширной библиотеки скалы-крепости, позволили оправдать использование множества заклинаний, чем Морран теперь во всю пользовался. Он начертал прямо в воздухе стихийное веретено способное за счёт природных явлений наполнять ауру заклинателя силой. Плоским водоворотом из капель оно крутилось над ним, постоянно наполняя энергетический резервуар силой. Но ровно до тех пор, пока по округе барабанил дождь.
Черпая силы из затянувшейся непогоды, владыка Вьёрновой пади сотворил ещё одно заклинание. Заученный стих был выплюнут гортанными словами в вечерний воздух и сопровождён пассами свободной руки. Астральная магия, полученная им в одном из свитков хрустальных жрецов, привязывала ауру к бренному телу, позволяя оборачивать вспять усталость подпитываясь чистой энергией.
