Сидя на полу, привалившись к наковальне четырёх ветров, говорящий за мёртвых держал в сжатых пальцах горячие безделушки и подставив лицо холодному верту приходил в себя. Бижутерия Восьмицветья в каждом из отдельных предметов давала по пять процентов устойчивости ко всем стихиям. Как в шансе полностью проигнорировать атаку, так и в снижении пагубных последствий. Что в сумме со стойкостью божественного комплекта, выводило стойкость Моррана практически на пятидесятипроцентный уровень. Но главный бонус, раскрывался при владении всеми тремя предметами.
Комплект высасывал ближайшие ауры и передавал их силу владельцу.
Конечно, не с такой безумной скоростью, как это делал побеждённый в темнице демон, чей осколок стал одним из ингредиентов для колец и подвески, но зато бижутерия была лишён его изъянов и не пожирала своего хозяина.
Продев подвеску в обычный, приготовленный заранее шнурок и надев на шею, Морран украсил пальца кольцами и обратился к бесу:
— Мы встретились, когда ты был вечно голодным бесёнком. Благодаря мне ты стал полноценным бесом.
Под статуей рыкнуло. Солнце стремительно уходило за горизонт окрашивая тучи багровым заревом:
— Да, владыка! Но я получил недостаточно!!!
Морран улыбнулся:
— Ты жаден до силы, как и любой другой демон. Мечтаешь стать архидемоном, одним из принцев ада и вырвать моё сердце?
Тьма шевельнулась:
— Никогда владыка, Истис не причинит вреда. Истис верный слуга.
Морран повернул лицо и взглянул на горящие угольки глаз:
— Истис всего-лишь жадный и зловредный бес, откормленный и оттого свободно живущий в материальном плане. Но мне больше не нужен бес, ты слишком слаб, чтобы и дальше служить мне.
В последних лучах заходящего солнца из тени проступила рогатая голова. — Нет! Не изгоняй меня владыка! — Но вместо свойственной людям мольбы его морда отражала беспредельную ненависть. Вытаращенные глаза, тонкие растянутые губы и иглы зубов, по которым катался длинный язык, обрамляющий их собственной кровью. Оскаленная пасть рычала и всхрапывала, выплёвывая слова.
— Я служу тебе верой и пра…
Морран его перебил:
— Как насчёт того, чтобы поглотить душу Молоха?
Демоны питаются пагубными эмоциями: страхом, отчаяньем, болью. Но одного только страха им мало и следующей пищевой ступенью для проклятых являются кровь и плоть смертных. Вдвойне ценные если принадлежат праведнику, жрецу или магу.
А венчают всё это пиршество — души.
Способов отнять душу смертного силой мало и все они сопряжены с обладанием редкими артефактами или привязаны к сложным ритуалам. Другое дело существа бессмертные, чья душа воплощает материальную оболочку. Вот и выходит, что главным врагом для демонов являются сами демоны.
Если бы ад не пожирал сам себя в вечном цикле перерождения, его порождения давно бы захватили все остальные планы виртуального мира.
После смерти Шадарата от рук разыскивающих ярла вампиров, Моррану досталось его имущество. Где помимо восстановленной алхимической лаборатории, обнаружилась обширная библиотека, включающая в себя массу знаний о существах и явлениях виртуального мира. Это помогло ярлу заполнить проблемы в собственных знаниях и подготовиться к ритуалу вечной клятвы.
От вампиров не было вестей две недели. Их разведчики ушли к побережью прямиком через горы и земли лесного народа. И по прикидкам ярла, пройдёт ещё одна, прежде чем придёт первая весточка.
Он приказал воеводе заменить бойцов чёрного хирда, несущих бессменную стражу у железнорудной шахты. Затем призвал к себе Умму, их уродливого лидера, и приказал приступить к подготовке к походу.
Чёрный хирд увечных, моровых предателей, практически изжил свои уязвимости. Работа над протезами была закончена, а за время отсутствия ярла, в подразделении появилось сразу несколько жрецов, поклоняющихся свету. Они нашли утешение у солнечного колодца и получили его благословение, медленно, но верно, с помощью магии света, устраняя физические изъяны своих побратимов.
Поменяюсь и отношение к поведению на поле боя. Плотным построениям, увечные карлы предпочитали работу малыми группами, по всей видимости вдохновившись тактикой штурмов, реализованной во время зачистки Въёрновой пади и желая, как можно сильнее отличаться от своих братьев, до сих пор призывающих к смерти предателей.
Пока ярл читал книги и занимался наведением порядка, в городе приобрели сразу несколько домов бойцы кагорты Та’Атат. Её карлы были необычным явлением. Они носили ярко-синие туники школы порядка и посохи, чья вершина была развёрнутой книгой. Предпочитали щитам и массивным доспехам одежды из ткани, а в бою опирались на магическое искусство.
Даже мечи и те они призывали, орудуя временными, астральными инструментами, с поражающей ловкостью.
Конунг, как и Тур, распространял влияние силы, к которой был лоялен, и прислал её эмиссаров в виде отряда порядка. Бог-кузнец наверняка был недоволен их появлением, но никак этого не показал своему чемпиону. А те в свою очередь не спешили приступать к вербовке и агитации, одним только своим видом привлекая внимание и вызывая стойкий интерес.
