Город почти оправился от ран нанесённых войском мёртвых и чумным отрядом. Торговля расцвела вместе с ремёслами и наплывом народа. Семейные карлы из соседних посёлков тянулись к городу за бесплатным жильём, а гильдия авантюристов привлекала ходоков со всей округи. Очередная группа числом в три десятка, достигнув определённого уровня репутации в гильдии, получила ключ от створок прокажённого яруса и отправилось на зачистку. Она была уже третьей. Две первые сгинули безвозвратно, потому что условия прохождения этого логова не предусматривали бегства.
Или полная зачистка с очищением створок. Или смерть под закрытым засовом.
Если ходоки не справлялись их попросту не выпускали, о чём они конечно же знали. Но первая группа всё равно била в створки с той стороны пока их отчаянные крики не заглохли, сменившись бульканьем монстров.
Этот день, когда где-то под ногами слышны приглушённые крики, а эмоции смертных рвутся сквозь стены, Морран выбрал для ритуала.
Два круга из крови невинных были нарисованы в чертоге Шадарата. Символ бесконечности объединял оба круга, в то время как один из них был усилен элементами стихий, размещённым на всех четырёх сторонах света.
В малом кругу, кривлялась и судорожно дёргала лапами-рогами голова Молоха. Залитая кровью жертвы, лежащая на ритуальном блюде, под рычащие слова заклинаний, она была предложена Истису и тот, не сводя злобного взгляда с жертвы, хлеща себя и камни хвостом, дал клятву вечного и безраздельного служения, прежде чем чародей-воин позволил ему броситься на добычу.
Обернувшись облаком мух, демон покрыл собой голову и пожрал её плоть. Умри Молох обычной смертью, его госпожа, одна из местных богинь, олицетворяющих смерть, вернула бы своего стража к подобию жизни, чтобы тот отплатил за своё поражение и отомстил ярлу за нарушение границ мёртвого плана. Но он был пожертвован и ушёл безвозвратно, под гортанные крики Моррана, продолжающего читать заклинание.
Трансформация демона не заставила себя ждать.
В рвущемся к потолку пламени он возник в обычной своей форме, но только затем, чтобы с отчаянным криком лопнуть и расползтись в разные стороны сгорая в огне своего появления.
И в нём же… возродился.
Обстоятельства, при которых бес получил силу, повлияли на его новый облик. Мускулатура уступила место жирным складкам, шея исчезла, туловище раздалось в ширь и лопнуло в районе пупка являя миру ужасную пасть. Новорождённый пожиратель воздел лицо к потолку, забулькал и захрипел, выдавливая в пространство подобие смеха. В миг его триумфа хозяин услышал новое имя — Митрезен.
Когда пламя опало, Морран увидел, что у слуги недостаёт ног, вместо них жирное туловище изгибалось, переходя в широкий хвост. Там, внизу, торчали две пары рудиментарных лап, по всей видимости готовых увеличиться при следующей трансформации. И лишь верхние конечности остались почти нетронутыми.
Не считая того, что они сильно увеличились в размерах и получили ниже себя ещё одну пару маленьких, дополнительных лап.
Митрезен обернул взгляд горящих синим, потусторонним светом глаз, на своего повелителя и взмыл в воздух. Рудиментарные, выдающиеся из тела на пару ладоней лапы безвольно повисли, а две пары рук разошлись в стороны и между ними заплясали зелёные искры некротической магии, формируя при этом правильные, геометрические фигуры полные проклятых знаков.
Демон был восхищён новыми возможностями. Он научился парить над землей, приобрёл часть магической силы свойственную сожранному им существу, и стал больше размером. Все его физические показатели увеличились, а аура обернулась тленным щитом, ослабляющим любых врагов по незнанию или глупости приблизившихся к Митрезену.
— Сила тлена переполняет меня! Теперь я пожиратель, слуга вечного голода! Мне нужны новые души! Принеси мне!
Демон надвинулся на линию круга, ударил лапой по воздуху и пространство затрещало зелёными искрами. После трансформы он чувствовал себя всемогущим и пробовал на прочность поводок, желая разрушить круг и ринуться на собственного хозяина. Но на самом деле Митрезен был подвидом обычного отродья, идущего в демонической иерархии сразу за бесом. Обычно, бесы преодолевали такой путь за столетия, причём большая их часть умирала в процессе окончательной смертью. Но благодаря помощи ярла, Митрезен преодолел эту ступень очень быстро, набрался силы, но не ума.
Старшее слово боли, вычитанное в одной из книг Шадарата заставило его зарычать и отпрянуть. А Морран громыхнул:
— Ты слуга не голода, но своего господина.
Демон сбросил оковы слова боли и вновь накинулся на разделяющий их барьер. Полученная сила вскружила ему голову. Ложное чувство всемогущества, толкало на нарушение клятвы.
— Я сожру твою душу и стану клятвопреступником! — Удар когтистой лапой почти стёр разделяющую их черту. А рычащий голос, клокочущий в животе демона, продолжал неспешно вещать. — Въёрнова падь утонет в созданных тобой противоречиях! Их ненависть достаточно слегка подтолкнуть и улицы погрязнут в насилии! А я буду пировать их ду…
