Я провела большую часть десятилетия, забывая Форда Эллиса. Если бы он просто держался подальше от Монтаны, я, возможно, навсегда стерла бы воспоминание о его поразительных голубых глазах и суровой улыбке. Избегать его было легко, когда единственное место, где я видела его лицо был канал «И-Эс-Пи-Эн» — и пульт дистанционного управления мог решить эту проблему. Вот только, мой босс только что нанял Форда новым главным тренером команды «Диких котов штата Сокровищ». В этом сезоне я не только буду вынуждена наблюдать за ним со стороны, но и избегать его будет теперь невозможно, потому что мы работаем вместе. Может быть, я не забыла Форда. Может быть, я все еще мечтаю о том, какими мы могли бы быть. Может быть, он тоже меня не забыл. Вот только, эти «может быть» не изменят того факта, что нам не суждено быть вместе. Может быть, когда-то он был моим. Но с сегодняшнего дня Форда Эллиса я буду называть только тренер.
Пролог
Форд
Милли захлопнула учебник с такой силой, что задрожал мой обеденный стол.
— Я ненавижу философию.
— Она самая худшая. — Предмет, определенно. Заниматься им с Милли? Не так уж и плохо.
Она застонала и со вздохом сдула с лица прядь гладких каштановых волос. Та снова упала ей на щеку.
Я поднял руку, собираясь заправить ей ее за ухо, но одернул себя. Милли была… лучшей. Лучший из лучших. Она заслужила чтобы люди в ее жизни говорили ей это, потому что она сама так делала.
Она была моей лучшей подругой. Но, черт возьми, я хотел поцеловать ее. Послать к черту нашу дружбу и посмотреть, что мы могли бы сделать с этой искрой между нами.
Кроме того, я только что вышел из долгосрочных отношений, и хотел, чтобы она знала, что, если —
Я поцелую ее. Скоро наступит этот день.
Просто пока не наступил.
Поэтому я держал свои руки при себе и просматривал лист с заметками, которые делал на нашей вчерашней лекции по философии. Больше половины принадлежали Милли и не имели никакого отношения к курсу.
Хочешь после заказать пиццу?
Она обвела «да», которое я написал внизу.
Как думаешь, у профессора Смайта несколько версий этого свитера-жилета?
Еще одно «да».
Если он еще раз скажет «абсолютизм», я, скорее всего, закричу.
Это вызвало у меня приглушенный смешок.
Мои записи были в полном беспорядке.
— Ни в чем из этого нет никакого смысла.
— Думаю, что, если смогу получить четверку, этот предмет не повлияет на мой средний балл.
— Я просто пасс. — Я провел рукой по волосам, откидываясь на спинку стула. Затем потянулся к Милли и коснулся пуговицы у основания ее шеи. — У тебя пятно на рубашке.
— Что? — ахнула она и опустила глаза как раз вовремя, чтобы я щелкнул ее по кончику носа.
Я усмехнулся, когда она оттолкнула мою руку, борясь с улыбкой и свирепо глядя на меня.
— Я не могу поверить, что ты купилась на это.
— Заткнись. — Она оттолкнула мою руку, ее щеки вспыхнули.
Милли никогда не была красивее, чем когда краснела. И, боже, с ней было забавно флиртовать. Всякий раз, когда я пытался так играть с Сиенной, она впадала в истерику, потому что не могла понять гребаную шутку.
— Ладно, давай закончим. — Я сел прямее, придвигая свой стул поближе к Милли, чтобы заглянуть в ее записи, надеясь, что они были лучше моих. Аромат ее духов заполнил мой нос, цитрусовый со сладостью, которая была присуща только Милли. Я задержал дыхание, позволяя ему проникнуть поглубже, затем взглянул на ее профиль.
Наши взгляды встретились. Эти красивые карие глаза пристально смотрели на меня.
— Я, эм…
Что еще мы должны были выучить?
Но прежде чем я успел отодвинуться на свою сторону обеденного стола, она набросилась на меня.
Губы Милли прижались к моим так быстро, что мне потребовалась секунда, чтобы понять, что она поцеловала меня. Поцеловала меня. Моему мозгу потребовалось мгновение, чтобы осознать, что ее губы были даже мягче, чем я себе представлял.
Я не должен был ее целовать. Пока нет.
Почему я это повторяю?
К черту.
Я лизнул уголок ее рта, заработав мявканье. Затем она открылась для меня, и со мной было покончено. Огонь, который я слишком долго пытался укротить, разлился по моим венам. Поэтому я наклонился к ней и целовал до тех пор, пока у нее не перехватило дыхание. Пока я не понял, что если не остановлюсь, то утащу ее к себе в спальню.
Пока нет.
На этот раз я сделаю все правильно. Я поступлю правильно по отношению к Милли. Поэтому я оторвался от нее с бешено колотящимся сердцем и обратил внимание на красивый румянец на ее щеках.
— Э-э… извини. Это не совсем то, что мы должны были делать сегодня. — Она прикусила нижнюю губу. — Прости.
— Не стоит. — Мне понравилось, что она спровоцировала наш первый поцелуй.
Милли не была смелой, как некоторые девушки. Это была одна из причин, почему она мне нравилась. У нее была застенчивая натура, которая была чертовски очаровательна. Но, черт возьми, было круто, что она взяла все на себя.
— Я думаю, что собираюсь закончить с заданиями, — сказала она.
— Ты уверена? — На этот раз я заправил прядь волос ей за ухо, что заставило румянец на ее лице вспыхнуть ярче.
— Да. Я лучше пойду. — Она встала и начала собирать свои вещи, запихивая их в рюкзак. Ее пальцы теребили ручку. А взгляд был прикован к книгам, блокнотам и рабочим листам на столе.
Ей нечего было стесняться, по крайней мере, со мной. Но я бы не стал настаивать. Пока нет.
Поэтому я помог ей собрать вещи, затем взял ее рюкзак, прежде чем она успела перекинуть его через плечо, и понес через весь дом. Я открыл перед ней входную дверь, затем передал его ей.
— Увидимся, Миллс.
— Пока, Форд. — Она улыбнулась, затем вышла на улицу, помахав мне мизинцем, прежде чем направиться к своей машине.
