— Маргарита Артуровна, давайте я сам разберусь, а? — говорит Виктор: — за вас подписи поставлю. А вы пока прибывших сосчитайте и организуйте посадку в «Икарус».
— Да как же… — Маргарита бросает быстрый взгляд в сторону «шестерки» Синицыной: — как же школьники в одном автобусе со спортсменками… мы им мешать не будем?
— Тут вся соль в том, чтобы мешали. — вздыхает Виктор: — вот вся соль именно в этом. Давай-ка отойдем. — он тянет за рукав полноватого в мятой рубашке, отводя его за автобус.
— Чего надо-то? — ворчит полноватый: — я без путевого листа…
— Меня Виктор зовут. — протягивает руку Виктор: — а тебя?
— Володя. — протягивает руку полноватый и они обмениваются рукопожатиями.
— Вот в чем дело, Володь. — говорит Виктор: — нам второй автобус без надобности сам видишь, зачем ты с нами будешь туда-сюда мотаться?
— Так я уже встал! Автобус этот, будь он неладен завел! На работу вышел! Весь выходной псу под хвост и…
— Да не переживай ты так. Отметим мы тебе путевой лист. Как будто отвез всех. Фактически что от тебя требуется? Школьников доставить в лагерь. Ну они будут доставлены, чего тут. А ты отдохни. А в табеле будет как полный рабочий день проставлен. Да и бензин…
— Точно проставите? — хмурится полноватый: — а то Ритка лютует…
— Проставим. — кивает Виктор: — а давай свои листы, я прямо сейчас все и подпишу.
— Ну… хорошо. — говорит полноватый Володя и достает из кармана пачку сигарет «Стюардесса»: — будешь?
— Не курю. Но спасибо. Ладно, тащи свои бумаги, а я пока школьников грузить буду… или ты хотел сам нас отвезти? — прищуривается Виктор.
— Упаси бог. — отшатывается водитель «ПАЗика»: — мне в прошлый раз эти школьницы все задние сиденья заблевали.
— Укачало? — сочувственно кивает Виктор: — дорога неблизкая, часа три ехать и…
— Какое там укачало! — машет рукой водитель Володя: — где-то достали портвейна и вперемешку с красным… а нельзя эти две вещи мешать, никак нельзя. В обще все подушки мне сзади уделали… а кому потом мыть? Так что лучше вон на Комбинатовском «Икарусе» езжайте, пусть у него голова болит.
— Хм. — говорит Виктор: — надо будет всем сказать чтобы до лагеря потерпели в самом деле. А то конфуз выйдет, если мы в «Икарусе» сиденья уделаем. Хотя мои вроде еще возрастом не совсем вышли…
— У меня в тот раз пятиклассницы нажрались. — авторитетно кивает водитель «ПАЗика»: — причем не мальчики, заметь, а девчонки. Пацаны начинают хулиганить ближе к выпускному, а вот ссыкухи прямо с пятого класса.
— Ладно, я пошел. — заторопился Виктор: — есть у меня парочка особо талантливых на примете.
— Угу. Сейчас путевые листы принесу. — говорит водитель ему вслед. Виктор торопится к стоящему на тротуаре перед школой квартету Нарышкиной — самой Лизе и Яне, которых с легкой руки Коломиец все теперь называют «Барыня-Боярыня». Тут же, конечно, стоит и Инна Коломиец вместе с Оксаной Тереховой. К ним же присоединилась и Зина Ростовцева, которая с восхищением смотрит на Лилю Бергштейн и Юлю Синицыну.
— Девчата, доброе утро. — говорит Виктор: — какие вы молодцы, даже чуть пораньше пришли.
— Не чуть. — говорит Инна: — мы тут уже минут двадцать. Потому что кое-кому не спалось нормально и… — она тут же прикусывает язык, шипит как змея и бросает яростный взгляд на Лизу Нарышкину. Краем глаза Виктор успевает увидеть, как Нарышкина убирает ногу с ноги Инны.
— В любом случае… — он предпочитает сделать вид что ничего не заметил. Внутренняя динамика группы Нарышкиной — тонкий механизм и лучше туда не лезть, если не понимаешь.
— Виктор Борисович! — тянет руку Яна: — так это правда? Ирия Гай с нами поедет⁈
— Да. К сожалению, это правда. — вздыхает он: — но у нас не было другого выхода.
