Иначе что поставлять союзникам? Или, например, в различные регионы? Да и вообще — унитарный патрон это дорого. Во всяком случае — пока. Из-за чего рынок такой товар покамест не проглотит. Облизываться будет. Но не сумеет даже надкусить. Поэтому, Джеймс и решил в инициативном порядке продолжить заниматься развитием капсюльного револьвера. И сейчас Алексей держал в руках результат его трудов.
Странное изделие.
Очень.
Во всяком случае в его понимании.
Это был капсюльный нарезной карабин револьверного типа.
Исторически они не очень прижились из-за того, что достаточно поздно догадались замазывать каморы после заряжания салом. А без этого прорыв газов приводил к тому, что при выстреле могло инициировать и соседние каморы.
В обычных капсюльных револьверах такая же беда была. Только там, в случае подобной неприятности, не случалось травм. А карабины и тем более винтовки приходилось придерживать за цевье. Иначе ведь сложно целиться. Из-за чего стрелки изредка получали травмы руки разной тяжести. Про замазывание салом царевич не знал, ибо не был специалистом по историческому оружию. Но слышал про инциденты, поэтому и не одобрил работу Джеймса над таким карабином. Объяснив, впрочем, почему.
Тот покивал.
Сказал: «Ядно».
И все равно продолжил.
И вот — результат.
Но какой необычный!
Спусковой крючок прикрывала развитая скоба, которой и осуществлялись манипуляции. В первую фазу движения вперед, она опускала запорную кулису, снимая блокировку с барабана. Во вторую — отводила барабан назад. Когда же скобу тянули на себя, то сначала шток поворачивал барабан, а потом поднималась кулиса, подавая его вперед и надежно запирая в рамке. Ну и производя взвод курка.
Такой подход позволил применить выступающие каморы, которые входили в ствол с казны. Что-то в духе решения Нагана. Из-за чего прорыв пороховых газов получался минимальным и угроза той самой неприятности, которой опасался царевич, практически исключалась. Хотя ничего удивительного в этом решение не было. Потому как Джеймс и так что-то подобное пытался реализовать в своей револьверной пушке, над которой начал работать еще в конце 1690-х годах…
При этом не сказать, что карабин напоминал «часы с кукушкой».
Крупные, кондовые детали основного механизма были достаточно простой формы. Их вполне можно изготавливать штамповкой с минимальной доводкой напильником. А мощный рычаг, которыми осуществлялись манипуляции, позволял игнорировать определенное загрязнение. И надежно как срывать барабан после выстрела, отводя его назад, так и вгонять его обратно, несмотря на нагар.
Да, фрезерные работы данный аппарат требовал. Но только по раме и барабану. И не больше обычного.
— Шесть часов, — гордо произнес Джеймс.
— Что «шесть часов»?
— Мы справились за шесть часов фрезерных работ…
Каморы тоже были интересно сделаны.
В самом барабане сверлилось отверстие побольше диаметров и туда вставлялись эти самые каморы. Их изготавливали из самого мягкого железа и крепили с помощью брандтрубок, которые вворачивались именно в них и своей юбкой удерживали их на месте.
Износились? Надо поменять?
Сняли барабан. Открутили эти самые брандтрубки. Выколоткой выбили каморы. Поставили новые. Закрутили. И готово. Что позволяло компенсировать износ. Сам же ствол в том месте, куда эта самая трубка заходила особо насыщался углеродом. Куда больше обычного. Из-за чего истирание в процессе износа шло в первую очередь у сменных элементов. Если же все становилось совсем плохо, то и ствол можно было поменять. Он ведь из рамки выкручивался.
— Сколько выстрелов сделали?
— Из него? — спросил оружейник.
— Да. Вот конкретно из него.
— Четыре тысячи двести семнадцать. Каморы тут уже поменяли. Свежие стоят. Они где-то триста выстрелов выдерживают вполне уверенно, если не уделять особого внимания чистке. А так, при должном уходе, живут больше пятисот. Я бы рекомендовал каждые пятьсот выстрелов их менять. На всякий случай.
— И что? Не было прорывов?
— За время испытаний — нет.
— Даже с изношенными каморами?
— Даже с ними. Хотя, честно говоря, не представляю, что будет, если своевременно их не менять. Но они достаточно дешевы и просты в изготовлении. С собой вполне можно носить запасной комплект. Хотя бы в прикладе в пенале с инструментами. Не представляю даже ситуации, где за один поход потребуется сделать больше тысячи выстрелов. Но в таком случае ничто не мешает прихватить с собой еще один комплект. Они же легкие.
Алексей сделал приглашающий жест. И Джеймс начал стрельбы. Лично. Заряжал, правда, его помощник, чтобы сильно «не вспотеть». Но главное ведь стрельба. Вот он ее и вел, берясь без всякой опаски за цевьев.
Терпение царевича закончилось после первой сотни выстрелов.
Сам взялся.
