Металлургический магнат Воздвиженский оказался милым и немного застенчивым человеком. Магнатом он стал совсем недавно по недоразумению. Из-за конфликта с начальством Воздвиженский был вынужден уйти из бывшего КГБ, который постоянно менял свои названия, Воздвиженский даже не помнил уже, из какого именно ведомства он уволился. Более сообразительные бывшие коллеги еще раньше ушли в бизнес и позвали туда полковника. То ли полковник оказался от природы талантливым предпринимателем, то ли просто повезло с первыми сделками, так или иначе, Воздвиженский вскоре уже вошел в первую «металлургическую десятку». И только теперь у него чудесным образом появилось время, чтобы осуществить давно задуманное желание. О своих предках Воздвиженских он знал, по его мнению, очень мало. Все в семье были потомственными военными, поэтому в советское время излишнего любопытства по поводу своей родословной не проявляли. Да и сам он, пока оставался служить в органах, решил отложить выяснение этого вопроса до лучших времен. Теперь же они, получается, как раз и наступили.
До поздней ночи Воронцов с Воздвиженским просидели в архивах. Здесь-то и обратил внимание полковник КГБ в отставке на то, как лихо отыскивает старший научный консультант Воронцов нужные документы, безошибочно вытаскивая их среди тонн всяких рукописей и бумаг, которыми завалены высоченные многоярусные полки.
– Вряд ли ведь вы так хорошо знаете этот архив, – задумчиво пробормотал Воздвиженский, наблюдая за тем, как Воронцов приглядывается к разным полкам и словно каким-то чутьем пытается понять, где находится очередная заветная бумажка, а потом уверенным шагом идет именно туда, где эта бумажка и затаилась. – Интересно, – скорее всего не Воронцову, а самому себе сказал он и опять о чем-то задумался.
...Через месяц Воздвиженский напомнил о себе. Он позвонил Воронцову и назначил встречу в очень дорогом и закрытом ресторане. Там, помимо самого Воздвиженского, его ждал еще один знакомый полковника. Знакомый, представленный как руководитель крупного московского банка, с любопытством оглядел Воронцова, но говорил тогда в основном Воздвиженский.
– Видите ли, в чем дело, Саша, – сказал Воздвиженский. – Похоже, вы обладаете некоторым даром, который сами еще не успели оценить. Насколько я заметил, вы способны включать свою интуицию в любой момент, когда этого требует дело. И это уже не просто интуиция. Это именно дар. В моей бывшей конторе на учете было очень немного людей, которым такое было дано. Когда-то мы ценили их на вес золота. Со временем, конечно, растеряли, как и многое другое...
Предложение, которое было сделано в тот день, поначалу показалось Воронцову довольно странным, но в то же время интересным. В Москве в те дни пропал председатель правления известного банка. Вместе с председателем в неизвестном направлении исчезли и многие банковские активы. Воронцову предложили – ни больше ни меньше – попробовать найти и то и другое.
– Да вы смеетесь!.. – засмеялся было сам Воронцов. На что мудрый полковник без всякой улыбки спокойно заметил:
– Должно получиться, Саша.
Самое интересное, что он оказался прав. Вот тогда-то и началась вторая, параллельная жизнь старшего научного консультанта Александра Воронцова...
Так что уж почувствовать, что в отношении к нему Эрика Густавссона появилась какая-то новая недоверчивая нотка, не составило для него особого труда. Интуиция Потоцкого справлялась с задачами и посложнее.
«С кем-то вы сейчас повстречались, мой дорогой шведский тролль? – подумал Потоцкий. – Где-то вы решили навести обо мне справки?»
– Я смотрю, вы всерьез увлечены старинной мистикой. Понятно теперь, откуда взялся такой интерес к истории Фатимы, – хмыкнул швед.
Он прихватил с собой газеты для Потоцкого и теперь заметил, что тот внимательно читает статью под названием «Проклятие рода Ринальди».
– Взрослые тоже любят сказки, – уклончиво парировал Потоцкий.
В сегодняшней газете сообщалось о прибытии в Осло принцессы княжества Сан-Касини Донателлы. Сначала эта новость вызвала было у Потоцкого явную озабоченность, но через пару минуту он подумал, что такое стечение обстоятельств пойдет ему на пользу.
«Корни мифа об этом проклятии уходят еще в тринадцатый век, – сообщала газета, – когда первый принц Сан-Касини соблазнил несчастную девушку, а потом бросил ее. Бедная жертва превратилась в колдунью и прокляла весь княжеский род. „Никогда больше ни один Ринальди не найдет счастья в браке!..“»
– Кстати, о старинной мистике, – напомнил шведскому троллю Потоцкий. – Вам не кажется, что в нашем деле о Фатиме наступила какая-то слишком долгая пауза?
– Нисколько, мой друг, – отвечал швед. – Сегодня же мы вернемся к Фатиме. Я хотел только, чтобы вы немного отдохнули. Вы хоть помните, как вы себя плохо почувствовали днем в «Гранд-отеле»? А насчет вечера – на ваше усмотрение. Можем переговорить здесь, а можем прогуляться по вечернему Осло. Что предпочтете?
