Третье слово [=Дикарь] полностью

Марга. Уезжай, не беспокойся ни о чем. К твоему приезду я буду готова. Клянусь тебе.

Хулио. Хорошо. Только помни, что все путешествия рано или поздно кончаются. (Кланяется, уходит.)

Марга торопливо собирает разбросанные по полу вещи.

По лестнице спускается Пабло. Останавливается.

Пабло. Зачем ты это подбираешь?

Марга. Я их сохраню.

Пабло. Ни к чему. Пригодится на растопку.

Марга. Кто дал тебе право судить свою мать? Ты ее не знал.

Пабло. Ладно. Жил без нее двадцать лет, проживу и дальше. (Падает в кресло.)

Марга (подходит к нему). Ты лучше приляг. Отдохни.

Пабло. Я не устал. Я просто ничего не понимаю… Ничего. Так страшно!

Марга. Могу я тебе помочь?

Пабло. Нет, не думаю. Вначале, когда ты меня учила здешним вещам, маленьким, все мне казалось легко. А теперь вдруг я понял, что ничего не понимаю. И никогда ничего не пойму.

Марга. Чего же ты не понимаешь?

Пабло. Вот, например, когда я поднялся к себе… Было бы естественно, если бы я думал о маме. А я не думал! Хотел представить себе синие глаза — а видел зеленые. Хотел почувствовать ее волосы, а чувствовал запах твоих волос. Почему это? Почему, Марга?

Марга. Не надо, Пабло. Помни, что мы расстанемся.

Пабло. Ты мне говорила об этом в первый же день. Но я этого тоже не понимаю.

Марга. Ты должен привыкнуть. Сегодняшний вечер может быть последним.

Пабло. Нет. Ты думаешь, я могу тебя отпустить?

Марга. Ты не сможешь помешать — ты ведь не будешь знать. Ты проснешься как-нибудь и позовешь меня: «Марга-а-а!..» А Марги уже не будет.

Пабло. Что ты говоришь? Ты как будто прощаешься.

Марга. Я просто предупреждаю тебя. Разве ты не был счастлив без меня?

Пабло. То было другое. Когда тебя еще не было, мир был полон вещей. А сейчас есть только одно: Марга, Марга, Марга!

Марга. Спасибо. Если бы вся моя жизнь свелась к этой минуте, я бы не пожалела, мне не было бы жалко. Но не привязывайся к женщине, Пабло. Ты ведь хочешь вернуться в горы?

Пабло. Теперь поздно. Там я не мог уснуть только от голода, боли или страха. А теперь — ты моя боль, мой голод, мой единственный страх.

Марга. Ты боишься меня?

Пабло. Сегодня боюсь. Этот вечер не такой, как все. Даже пахнет как-то иначе.

Марга. Осень. Пахнет мокрой землей.

Пабло. Нет, тут еще что-то… Запах земли, запах твоей кожи… Это и тогда было. Сейчас что-то другое, сильное… Что-то непонятное, как в ту ночь, когда умерла Росина или когда была гроза… (Подходит ближе, понижает голос.) Слышишь? Что-то в воздухе?..

Марга (поддается очарованию). Да. И мне тоже страшно, и у меня это тоже в первый раз…

Пабло. Как будто передо мной ловушка, гибель. А я хочу попасть в ловушку! Почему сегодня все другое? Почему тогда, в первый день, я был сильнее, а сегодня — ты?

Марга. Спасайся, Пабло! Еще не поздно.

Пабло. Поздно. Мне не уйти. Если б я даже мог — я не хочу спасаться! Ты все знаешь — скажи, что это со мной?

Марга. Не знаю. Дай Бог, чтобы то же самое, что со мной.

Пабло. И у тебя дрожат слова раньше, чем ты их скажешь?

Марга. Да, и у меня.

Пабло. Значит, больших вещей — не две. Есть третья! От нее дрожит голос!

Марга. Да, Пабло. Есть третья тайна. Она — как Жизнь и немножко как Смерть.

Пабло. Скажи мне это слово, третье слово! Я хочу узнать его от тебя!

Марга. Не надо, дорогой… Это третье слово… если оно настоящее… его лучше говорить молча.

Марга нежно привлекает Пабло к себе, обнимает.

Во время их поцелуя опускается