Третье слово [=Дикарь] полностью

Пабло. Еще не совсем. Эта дура Марга выучила меня писать правой рукой. А важные бумаги надо подписывать левой!

Хулио. Левой? Какая чепуха! Кто тебе сказал?

Пабло. А вот, посмотри… В прошлом году отца ранило на охоте, и он с тех пор не владел правой рукой. Это в октябре случилось… а тут вот его подпись за ноябрь, за декабрь, за январь… Какой же он, значит, рукой подписывал? (Встает.) Вот и выходит, что ты еще не все знаешь. Молодой потому что. Выпьем?

Хулио. Нет.

Пабло. А вино-то крепкое. Ты белый, как бумага. Выходит, ты пьешь хуже, чем я! (Поет.)

Входит тетя Матильда.

Матильда(решительно). Пабло! Ты считаешь возможным принимать гостей в таком виде? Иди наверх, подставь голову под кран, причешись, завяжи галстук…

Пабло. Иду, иду, не ворчи! Спасибо тебе, Хулио. В жизни так не веселился. (На лестнице.) Так ты не забывай! Важные бумаги — обязательно левой рукой, вот оно как!

Матильда. И не стыдно вам? Он ведь никогда не пил!

Хулио. Не волнуйтесь. У Пабло голова яснее, чем у нас с вами.

Матильда. Что это вы затеяли? Ролданы шагу не сделают без умысла, и эти умыслы — всегда дурные.

Хулио. Не устраивайте скандала, сеньора. Что подумают гости?

Действительно, в эту минуту из сада выходят гости со старшим Ролданом во главе.

Доктор Аугусто Перес Ролдан — дальний родственник Пабло со стороны матери, т. е. представитель линии, которую тетя Матильда назвала бы гнилой. Сеньор Ролдан — антрополог. Его избрали почетным членом все провинциальные академии, у которых нет более важных дел. Он педантичен, нуден, явно не привык к возражениям. Без сомнения, у него куча дипломов и медалей, но он не носит их и не показывает, чтобы они лучше сохранились.

Донья Лола де Перес Ролдан предпочитает называться Лулу — по ее мнению, это куда изысканнее и, главное, молодит ее. Она — супруга выдающегося ученого и чрезвычайно этим гордится, подобно всем сюсюкающим дамам ее типа.

Фифи, их дочь, все время хихикает, с очаровательно глупым видом, свойственным девицам, охотящимися за мужчинами. У нее амплуа дурочки.

Мне очень жаль, что приходится обнародовать эти маленькие семейные тайны, но бесполезно было бы пытаться их скрыть, потому что вы сами их сразу откроете.

Лулу. Матильда, душечка! Мы осмотрели всю усадьбу. Обворожительно!

Матильда. Спасибо.

Роланд. Это все чепуха! Вот посмотрели бы вы леса, выгоны, заповедники в горах!

Фифи. Ну, буквально, как во сне!

Профессор. А где наш молодой хозяин?

Матильда. Скоро придет. Он немного устал. Сейчас отнесу ему крепкого кофе. Надеюсь, вы меня простите?

Лулу. Ну, что за счеты!

Матильда. Хулио побудет с вами. Кажется, он большой знаток вин. Я скоро вернусь. (Выходит.)

Хулио. Херес? Портвейн?

Лулу. Нет ли у вас французских марок?

Хулио. Белое анжуйское?

Лулу. Все равно, только бы французское!

Хулио(наливает ей вина). А тебе какого, Фифи?

Фифи. Я из всех вин люблю ветчину! Хи-хи!.. (Берет сэндвич.)

Хулио. Вам, доктор?

Профессор. На ваше усмотрение. В данный момент меня занимает только один вопрос. Я хотел бы как можно скорее увидеть нашего молодого дикаря.

Хулио(наливает ему). Научный интерес?

Профессор. Удивительно счастливый случай. Книга о современном дикаре произведет сенсацию! Мне позавидовал бы сам Руссо.

Роланд. Не обольщайтесь. Год назад он, возможно, и был дикарем. Сейчас он вконец испорчен культурой.

Профессор. Сразу видно, что вы не специалист. Дайте мне проэкзаменовать его, и из-под наносного слоя сразу же выступят характерные черты первобытного человека.

Хулио. Какие же?