— Передайте Астору, что разрешаю беспорядочную высадку Ин-5 на Парсу в количестве 14 штук. Задача — зачистка местного населения, — слушавшие меня люди вздрогнули. — Детей не трогать. Приоритетная задача: освобождение рабов. При выполнении задачи на восемьдесят процентов переходить к следующему объекту. Стопроцентную зачистку не осуществлять.
— Принято, — механический голос, очень похожий на Астора, прозвучал довольно громко. И тут же с неба падающими звездами устремились к земле активированные Ин-5.
— А вот теперь поживее. Сейчас здесь начнется армагедец! — я рванул первым, замечая, что никто из решивших последовать за нами не пожелал остаться.
Интересно, выйдет у Ин-5 в таком малом количестве изменить эту планету? Жалко ли мне местных? Нет. Нисколько. Почему пожалел детей? Потому что есть надежда, что их еще можно перевоспитать, показав, что жизнь каждого отдельного существа важна. Но не рабовладельца и не того, кто без зазрения совести способен походя убить другого за просто так, потому что скучно или потому, что это в его власти и ничего ему за это не будет. Такие твари жить не должны! Пусть я и выступаю в роли палача, но тешу себя надеждой, что моя кара для них все же справедливая.
Пока бежал, хлебными крошками раскидывал плюшки, прихваченные с собой. Ин-5 эти ловушки распознают сразу, обойдут, а те, кто последует за нами в попытке захвата, очень сильно удивятся. К тому же «Корыто» мы, посовещавшись с интексом, решили оставить как приманку. Этот корабль свое отлетал.
— Ёк макарек, а что это у вас здесь происходит?
Ульн, с улыбкой обожравшегося сметаной чеширского кота, в обнимку с двумя прелестницами лёгкого поведения, судя по макияжу и практически отсутствию одежды на них, зато с милыми миниатюрными рожками и хвостом с кисточкой на кончике, под конвоем Ин-5 нарисовался в ангаре.
— Шевели ногами, хвостатый. Я с тобой позже пообщаюсь и рога в бублик скручу, — выдал я и, успев отвесить этому бабнику подзатыльник, нырнул в нутро корабля. — Не останавливаемся, проходим вперед, нам дальше.
Астор, все еще находясь в невидимом режиме, сделал из пиратской лоханки своеобразный коридор. И мы, всем скопом миновав его, попали уже на борт «Черныша».
— С возвращением, Лэрд.
— И тебе привет, Астор. Займись нашими гостями, пожалуйста. Для меня платформу в командный отсек.
— Лэрд, есть интересные новости. Тот, на кого вы установили маячок, отбыл с планеты. До глушения звука я пару раз слышал, как он упоминал о какой-то сделке с рептирами и планируемой встрече с ними. Предположительно, именно на эту встречу он и вылетел.
— Морда краснохалатная, слиняла, значит. Сигнал идет?
— Да, и достаточно четко. Корабль собирается сделать гиперпрыжок.
— Нам надо за ним, — я краем глаза отметил, что все гости и Ульн с красотками разъехались, на платформе со мной остались Орх и Лер с Халком. — Как быть с Ин-5?
— После выполнения задания они могут воспользоваться чужим кораблем и присоединиться к нам в любой точке. Мне начинать разгон и преследование объекта, капитан?
— Действуй, Астор.
========== 3 глава ==========
3 глава
— Астор, успеваешь просчитывать траекторию полета этого ушлого зайца?
— Да, Лэрд. Попытки смены курса выглядели бы логично в случае преследования кораблем равного класса или на класс выше. Для «Черныша» подобные бессмысленные скачки абсолютно не являются препятствием. Прикажете опередить объект и ожидать его в конечной точке пути?
— Хвастаешься? — усмехнулся я. — Согласен, эти заячьи увиливания смотрятся забавно. Но меня удивляет другое, Астор. Какое нехилое чутье у говнюка, раз он, не видя на горизонте опасности в нашем лице, все же пытается запутать противника. Та же чуйка его увела еще до начала заварушки на Парсе. Нам повезло, что я кинул на него маячок до взрыва Лера. Кстати, о мелких и непослушных…
Развернувшись в кресле, я с интересом энтомолога глянул на притихшую троицу. Халк, не чувствуя никакой вины, естественно, радостно повиливал хвостом: хозяин вспомнил о нем. Лер попытался слиться со стеной, подтверждая, что фрип прекрасно мимикрирует. Орх на всю эту пантомиму лишь улыбнулся. Любимый эмпат прекрасно чувствует мои эмоции, в которых нет и намёка на злость за выходку Лера. Что взять с ребенка?! Думаю, не только мне в момент ухмылки работорговца, собирающегося зайти в клетку с какой-то штуковиной в руке, вспомнилось «доброе и милое» пребывание в лаборатории. Вот крышу у мальца и сорвало. У меня бы ее снесло минут на пять позже. Но в целях воспитательной работы, чтобы вперед батьки в следующий раз не лез, наказать придется. Мягко.
— Давай честно, малыш, — нет, как с несмышленым ребенком с Лером говорить я не желаю. Обидится. — Ты поступил правильно.
Орх удивленно приподнял бровь. Лер неуверенно посмотрел на меня — пронесло, что ли?
— Да, правильно. Работорговцы — это твари, которых лучше давить, как тараканов.
— Кого? — не вовремя заинтересовался Орх.
