Ясно теперь, почему невиронцы похожи на стадо баранов. Причем не во всем, а лишь в строго определенных моментах. Все-таки мозги им промыли качественно. А то и по сей день пирамиды подпитывают какое-нибудь мерзкое заклятие, которое старательно поддерживает в сознании людей твердую уверенность, что они испокон веков так живут, верят в Айда, добровольно кормят чужого демона, ничего за это не получают и абсолютно всем довольны. Да-а… теперь ясно, наконец, как за такой короткий срок жрец сумел не просто создать абсолютно толерантное общество, но еще и бунтов избежал, и даже добился того, чтобы люди, находясь под воздействием заклятия, на время Важного Дня напрочь утрачивали инстинкт самосохранения. И доходили до того, что со спокойной совестью отдавали на прокорм демону своих новорожденных детей.
– Это было необходимо, – ровно пояснил господин ал-тар в ответ на бешеный взгляд Бера, который, видимо, подумал о том же. – Пирамиды позволили сохранить немало жизней, а заклятие повиновения – избежать ненужных жертв. Если бы не это, мне пришлось бы ежегодно уничтожать по несколько тысяч человек, чтобы насытить Иррогора. Так что в каком-то смысле этот вариант гораздо милосерднее, чем тот, который предлагал демон. Я выбрал его из соображений экономии времени, сил и человеческих ресурсов.
Прагматик, мать его…
Я внезапно почувствовала, что готова потерять недавно обретенное хладнокровие.
Все продумал урод. Обо всем позаботился. Согнал туда людей, как скот, и теперь оправдывается тем, что пусть, дескать, он лучше будет пускать им кровь постепенно, чем забьет сразу все стадо. И останется без мяса, молока и теплой шерсти, которую просто не с кого будет стричь. Сэкономил он, типа, на ресурсах. Вместо миллиона человек угробил лишь половину, но и то лишь потому, что они вроде как вызвались добровольцами… с-сука какая… это же все равно, что напичканного наркотиками сопляка отправить на убой, нашептав перед этим, что он делает благое дело! Только тут таких сопляков тысячи! Одурманенные, отупевшие от воздействия заклятия, ничего не соображающие и мгновенно забывающие обо всем, стоило только закончиться Важному дню.
Когда-то я думала, что невиронцы просто защищаются таким способом от правды – чтобы не сойти с ума, уже на следующее утро они встают как ни в чем не бывало и топают в поле, на ярмарку, смеются и болтают обо всяких глупостях. Мол, с глаз долой – из сердца вон. А оказывается, им старательно помогали забыть. Оказывается, этот полоумный экспериментатор обезопасил психику крестьян, чтобы не спятили и не убились о первое же дерево, поняв весь ужас того, что натворили.
– Когда ты вернулся в Валлион? – неожиданно разлепил губы Фаэс, который, кажется, уже едва сдерживался, чтобы не накинуться на ал-тара прямо так, с голыми руками.
Господин Георс ненадолго задумался.
– Примерно два века назад. Как раз тогда, когда династия Диэронов почти уничтожила нашу страну. Правда, поначалу я не собирался вмешиваться: мне казалось, что государство, которое не стремится к развитию, недостойно продолжать свое существование. Поэтому какое-то время я лишь уводил оттуда «темных» и аккуратно переправлял в новый дом, где они получали хорошую работу, достойное применение своих талантов и, разумеется, материал для экспериментов. Благодаря им, кстати, вскоре появились новые виды нежити. С их же помощью были изобретены метки, позволявшие моим людям чувствовать себя в безопасности на территории Невирона. Тогда же нам удалось, наконец, полностью избавиться от преступников и дармоедов. Так что, по-большому счету, Валлион был мне не нужен. Однако потом я все-таки подумал, что страна – это, в первую очередь, люди, которые в ней живут. И раз уж там время от времени рождались те, кто мне требовался… грех было бы оставлять без внимания возможность расширить свое влияние. К тому же в какой-то момент я осознал, что церковь мешает моим планам. И, не изменив ее, я не сумею добиться свободы для тех, кто виновен лишь в том, что имел несчастье родиться с талантом дабараэ. К тому времени я уже нашел одного Ишту. И с его помощью планировал заполучить силу Гор. Но, к несчастью, вместо того, чтобы приобрести второй Знак, я лишился и мага, и Знака, и самих Гор. Потому что Они не придумали ничего умнее, как после гибели Хозяина впасть в спячку и проигнорировать мое предложение.
– Значит, Ишту Гор убил именно ты? – сухо спросил Ас, недвусмысленно качнувшись навстречу ал-тару.
Господин Георс с досадой отмахнулся.
– Это была случайность. Этот идиот полез под заклятие, когда я пытался пробить проход в Валлион… мне нужны были сведения о некромантах, а Твари – отличные шпионы, которых было грех не использовать. Вот только я не учел, разрубая Горы, что Ишта почувствует их боль, поэтому и…
– Он пытался тебя остановить, – тихо произнес Эррей, выразительно переглянувшись с Роданом. – Он понял, что ты делаешь что-то неправильно, и решил вмешаться.
Я молча кивнула: да, если жрец пытался разрезать Горы, то я не удивлена, что их Хозяин внезапно передумал и кинулся грудью на амбразуры.
