Чжэн Хэ отвел гостей в некое подобие беседки, где в чашках уже дымился свежезаваренный чай, а из мисок пахло чем-то утонченным и сладким.
«Какой комфорт на корабле! У меня такого и близко нет» — вздохнул генерал. Не ломаясь, прошел в беседку и накинулся на съестное, прекрасно понимая, что сейчас начнут пытать уже его. Но главнокомандующему Армии Старого Владыки нечего скрывать.
Почти.
Чжэн Хэ и его помощник (еще один евнух) Ли Син вели беседу очень тонко, выясняя прошлое генерала и его армии, ее силы, но главное намерение.
— Вы, наверное, слышали, что некоторые султаны на Суматре привечают опытных наемников? — невинно бросил Чжэн Хэ. — Но я не понаслышке знаю, что мусульманские правители доверяют оружие только единоверцам. На этом острове до сих пор основная масса крестьян чтит прежних богов — Шиву, Вишну или вообще, мелких духов. Так что не думаю, что где-то вам повезет… Хотя, неподалеку отсюда течет река Муси. Если подняться вверх по ней, то можно наткнуться на город Палембанг. Это древняя столица некогда могучего царства… Слава которого, впрочем, осталась в далеком прошлом. Ныне этим городом управляют наши земляки, чтущие императора Великой Мин. Вот у них нет никаких религиозных предрассудков. Они, пожалуй, могли бы быть заинтересованы…
Наполеон молчал. Ответ давно готов был сорваться с его губ, но он нуждался в информации об этих краях. И потому старательно слушал всё, что говорил ему евнух. Про земли Индокитая и Индонезии он знал и помнил многое из своей прошлой жизни. Но что здесь происходит сейчас! Кто правит, кто с кем враждует и так далее. Обо всём этом генерал знал крайне мало. Ни от знакомых китайских торговцев, ни от местных народов в пути он не получил сведений в достаточном объеме.
— Нет, — остановил он откровенно торгашескую речь китайского адмирала, когда понял, что больше интересных новостей не будет. — Если честно, я не имею желания становиться наемником. Отчасти мои люди хотят найти тихое и спокойное место, где можно было бы безбедно жить… Ни с кем не ссорясь. Я наслышан, что на этом архипелаге таких мест хватает.
— Не уверен, что правители Мадхапахита с этим согласятся, — улыбнулся Чжэн Хэ. — Но поверь мне, время, когда сотни островов в этом море принадлежали их махараджам, уже миновали. Бони давно признал власть Мин, Бали готов отложиться, а и на самой Яве последние века процветает совершенно независимый Сунд. Так что на востоке и впрямь хватает относительно свободных островов. Но это территории диких народов, не ведающих цивилизации.
— Я много слышал о воинственных правителях Маджапахита, высокочтимый тайцзянь, — покачал головой Наполеон. — Не хотелось бы мне селиться вблизи от их островов. А тем более, в их бывших землях. Наверное, лучше нам, наоборот убраться подальше. Я слышал что-то о городе на западе, который вырос недавно почти на пустом месте. О Малакке…
— Малакка — это территория Мин, — Чжэн Хэ мрачно оборвал своего гостя. — Султаны Малакки приносили клятву верности императору. Все. Я лично у них ее принимал.
Наполеон стушевался. Если честно, именно Малакка (о которой он столько слышал в своем родном времени) и была его текущей целью. Но минский адмирал как будто почувствовал угрозу и прямо в лицо говорил ему «не смей».
— Поверь, генерал, — чуть более примиряющим тоном добавил евнух. — Если бы власть империи не обеспечивала существование этого города, то и он сам, и все земли Малаккского полуострова давно принадлежали бы царству Аютия. Мне пришлось отправлять на север, в Сиам, целую эскадру с десятком «Драгоценностей», чтобы убедить их правителей не пытаться подчинять верные нам владения.
«А тебе и пытаться не стоит, — Наполеон сам додумал недосказанное евнухом-царедворцем. — Понятно… Тогда зайдем с другой стороны».
— Я ни в коем случае, не собираюсь претендовать на земли империи, — отвесил генерал легкий поклон (и, кстати, даже не слукавил!). — Мир велик. Я слышал о разных богатых и удивительных странах: и к югу, и к востоку, и к западу отсюда. Как я уже тебе говорил, даже континент черных людей — далеко не предел мира. Наверняка, где-то можно найти место получше. Правда, приходится признать: мои корабли туда не дойдут. Даже путь от Ниппона до Суматры, по цепочке островов, мы еле одолели. И многие суда моей эскадры сильно повреждены… Я буду прям адмирал: наша сегодняшняя встреча лишила меня покоя. Я не могу не представлять себе поистине величественную картину: твои корабли, оснащенные моими пушками. Такой флот способен подчинять себе огромные города и целые страны.
Наполеон смолк, пристально глядя в узкие глаза адмирала. Евнух-вельможа молчал. Что там творилось за щелочками глаз? Очень хотелось надеяться, что фантазия рисовала адмиралу картины дальних путешествий, создания великой державы: сильной и мудрой…
Генерал заметил, что невольно затаил дыхание. А Чжэн Хэ всё молчал.
— Ко. Чо. Ну, — раздельно произнес шаоцзянь Хун Бао, чтобы Гванук уже точно запомнил, и навел арбалет с ящичком наверху на мишень.
