Так-то Сашка прав, такие люди действительно пойдут до конца несмотря ни на что. Договариваться с ними нет смысла, они не будут слушать голос разума. Живины слабы, чтобы противостоять мне, но начнут гадить, устраивать всякие проблемы и всё в таком духе. Может они думают, что если спровоцируют меня на агрессивные действия, то смогут перевернуть ситуацию в свою пользу и повесить всех собак на меня. В этом может и была какая-то логика, но только до момента, когда барон Живин соврал журналистам. После этого все их действия не имеют вообще никакого смысла и лишь вредят самим негодяям.
Лена заметила, что я призадумался после слов Егорова и забеспокоилась. Видимо побоялась, что я его послушаю и начну решать проблему как умею. Но нет, я уже принял решение и пока не собираюсь его менять. С Пальменом, опять же, договорился. Пока нет причин менять своё решение. Пока. Всё ещё может измениться в будущем.
— Попробуем пока следовать изначальному плану, — успокоил я Лену. — А там посмотрим. Может среди Живиных есть толковые ребята и они остановят это шоу. Но если нет… Тогда, так и быть, столкну Живиных в могилу, что они сами себе роют.
— Этот барон что, совсем с катушек слетел? — Спросил император у князя Пожарского, который и сообщил ему последние новости касательно Зотова, Пальмена и Живина. — Мне лично доложили о том, что произошло на том званном вечере ведь там была и племянница моя любимая. Там всё крайне однозначно, мальчишка перепил и начал вести себя как пьяная мразь после чего вмешался наш Никита. Да я бы сам сделал что-нибудь подобное!
— Поверь Государь, я с тобой солидарен и тоже не остался бы в стороне, — заверил Рюриковича Пожарский. — Мне самому отвратительны те, кто пьёт, не зная меры, и потом ведёт себя подобным образом. И хотя Зотов, формально, перешёл немного границы допустимого, но Живин сам виноват во всём. Им бы сидеть тихо после такого, но видимо у этого рода свои представления о том, что правильно, а что нет.
— Да плевать я хотел на их мнение и представления! — Не сдержался Виктор. — Что за цирк они устроили⁈ Они позорят не только самих себя, но и всё дворянство! Словно и так у нас мало проблем! В обществе до сих пор имеется напряжённость, в связи с этим треклятым бунтом. Простые люди всё чаще думают о том, что власть имущие слишком уж заигрались и зажрались. Голову поднимают террористические группировки, которые якобы борются против монархии и за равенство. И в этот момент Живины желают стать всеобщим посмешищем! Ты понимаешь, насколько нам не нужна эта история?
— Увы, провернуть фарш назад уже не получится, — сказал князь. — Это всё уже стало достоянием общественности. Даже если надавить на Живиных, чтобы они не стали судиться, то шума и разговор всё равно будет много. Теперь при любом варианте развития событий этого шума будет очень много. Мы можем лишь как-то сгладить ситуацию, но не более того.
Император лишь печально вздохнул и призадумался.
Живин, конечно, дурак. После того как он с семьёй поселились в Москве совсем распустил своих внуков и те начали творить что им вздумается. Почувствовали вкус жизни и начали считать, что весь мир у их ног. Никита лишь отрезвил одного из них своими методами. И нет бы принести свои извинения за внука, вместо этого он решил пойти против Пальмена и Зотова.
Очень хотелось бы вмешаться в эту ситуацию напрямую, но Лена уже звонила по этому вопросу, объяснила что к чему и даже её избранник решил действовать не так, как обычно. Поэтому Рюрикович не будет вмешиваться. Напрямую.
— Напряги журналистов, пускай встретятся с теми, кто был на этом званном вечере и зададут им вопросы по этой ситуации, — скзаал император. — Они должны рассказать всё как было и пускай журналисты это распишут хорошо. Зотов заступился за девушку, он большой молодец, а Пальмен вообще не при делах и тоже всё сделал правильно. Репутация Живиных должна упасть ниже плинтуса и больше никогда не вернуться обратно. Не умеют жить нормально не мешая другим, так значит пускай проваливают в нижний Новгород и более не высовывается оттуда.
— Зотов и Пальмен скоро дадут общее интервью по этому делу, нам подгадать всё это под это интервью? — Спросил князь.
— Сделай как сможете. Не важно как, главное, чтобы мой приказ должен быть выполнен. Свободен.
Никогда не любил обходные пути, всякие хитрые схемы и прочие интриги. Это не значит, что я не умел их проворачивать, однако хитрость я ценил лишь единственную — военную. Показать себя и завоевать славу можно было на поле боя или готовясь к грядущему сражению. Всё остальное же можно было оставить на тех, кто готов договариваться, проворачивать самые разные трюки, в том числе грязные, ну и всё в таком духе.
