— Отставить, я сам разберусь, — говорю я. А затем обращаюсь к Дракуле. — Пока посиди тут, мне надо решить один каверзный вопрос.
Выходу из палатки и действительно стоит Рюрикович, а полукругом расположились его гвардейцы с оружием на перевес. Клоуны.
— Барон, вы обвиняетесь в измене…
Даже не даю возможности начать Вячеславу говорить, а просто разом придавливаю всех своей аурой. Вячеслав со своими людьми распластались на земле оказавшись прикованными к ней. Медленно подхожу к Рюриковичу, после чего сажусь на карачки.
— Ты, вошь, что, не осознал самое главное? — Спрашиваю у лежащего на земле Вячеслава. — А мне казалось, что я донос до тебя главную мысль. Твоё положение, статус и всё остальное в том же духе, ничего не значит если это всё не подкреплено силой. У меня же этой силы полным-полно. Всё треклятое общество строится на том, что правит им сильнейший. Силу можно компенсировать умом, хитростью, наличием союзников и прочим. Но конкретно моя сила абсолютна. Поэтому я столь нагл и делаю то, что хочу. Твой отец достаточно умный, чтобы это осознавать. Не считая пары моментом, мы с ним нашли общий язык и проблем у нас нет. Однако ты только что для него и всего своего рода создал большую проблему. Скажи, Ярослав как отнёсся к твоей задумке попробовать обвинить меня в измене?
— Да пошёл… ты… — Еле-еле произнёс Вячеслав.
Делаю небольшой пас рукой и перекрываю ему кислород. Тот начинает задыхаться, а я выжидаю пока Вячеслав не дойдёт до самой черты после чего возвращаю ему возможность дышать.
— Мне переспросить или сразу ответишь? — Интересуюсь я у Рюриковича.
— Не при делах он! — Ответил тот. — Пытался… отговорить. Вроде даже с отцом решил связаться.
— Хоть у кого-то из вас мозги варят.
Делаю очередной пас и гвардейцев больше не давит моей аурой. Они медленно встают, при этом даже не пытаются притронуться к оружию.
— Мальчики, будем играть или вы всё же не будете шалить? — Спрашиваю у них.
— Мы не будем создавать проблем, господин Зотов, — сказал один из гвардейцев.
И они отступили на приличное такое расстояние. Совсем не ушли, покинуть Вячеслава они не могли. Поэтому сделали то, что могли сделать в такой ситуации.
— Видишь? — Спрашиваю я Вячеслава. — Даже твои люди вполне понятливые и отступили. Их связывают клятвы и долг, а так они с радостью бросили бы такого идиота как ты. Я бы тебя вообще убил, но это, мягко говоря, преждевременно. Да и пресытился я убийствами своих врагов. Вон, даже румынского короля не убил, а сделал своим подручным. С тобой, правда, такой трюк не пройдёт. Тебя ждёт долгая, но очень несчастливая жизнь.
— Ты за платишь за всё, — прохрипел Вячеслав.
Необучаемый. Сам себя закапывает.
— Барон, можно поговорить? — Услышал я знакомый голос.
Поворачиваю голову и виду Ярослава. В руках у него был спутниковый телефон.
— На связи наш отец, — сказал младший Рюрикович. — Это глупая ситуация должна быть разрешена без тяжёлых последствий для нас всех.
Встаю и подхожу к нему. Он протягивает мне телефон, беру его в руки.
— Считай, что пару очков ты отыграл, — говорю Ярославу. А затем прикладываю телефон к уху. — Слушаю Государь.
— Никита, надеюсь мы оба прекрасно понимаем идиотичность и ненужность сложившегося конфликта? — Сразу перешёл к делу Виктор.
— Я всё прекрасно понимаю. Но мы также оба понимаем, что Вячеслав не просто сглупил. Такие ошибки называют катастрофой.
— Да, это так. И касайся это любого другого дворянина империи, я бы дал тебе самому разобраться. Но он мой сын.
— Вот в этом-то как раз и проблема Виктор, — говорю я. — Он твой старший сын, наследник. Будущий, мать его, император. Однако стоило его чуть-чуть сковырнуть и из него полилось дерьмо вперемешку с помоями. Я бы ещё понял будь ему двадцать, ну двадцать пять лет. Всё ещё достаточно молод и горяч, а потому резкие порывы и глупости понятны. Но ему уже сколько? Ну явно не меньше тридцати пяти. Уже сформировавшаяся личность, ум должен быть, понимание, когда нужно сдержать и всё в таком духе. Он же отреагировал даже хуже, чем я, когда сталкиваюсь с такими идиотами.
— У Вячеслава с детства проблема с характером, — разоткровенничался император. — Слишком агрессивный и вспыльчивый, заносчивость и всё в таком духе. Разумеется, когда стало ясно, что дело серьёзно, род всерьёз занялся за его воспитание. И у нас даже всё получилось. С момента совершеннолетия всё было в порядке, много лет он вёл себя нормальный человек. И лишь изредка были мелкие срывы, но опять же — всё как у нормальных людей. А сейчас… Случилось то, что случилось.
Это многое объясняет. Парня как главного наследника «перевоспитали» по большей части подавив в нём прошлый характер. И всё было в порядке. Даже если были стрессовые ситуации, то Вячеслав держался. Точнее держались те ментальные установки, которые установили в его разуме. Все думали, что всё хорошо, но тут у нас с Рюриковичами произошёл детский конфликт, который я специально усугубил так как решил показать характер и провести воспитательную работу. И вуаля, Вячеслав припёрся ко мне с гвардией обвиняя в измене.
