Конечно же, в течение следующих пяти минут медведь-оборотень из второй команды сумел наброситься на вампира из шестой команды и разорвать на нем рубашку. Только для того, чтобы обнаружить, что внутри не было спрятано никакого артефакта. Медведь взревел, и это было так по-звериному, что у меня по рукам побежали мурашки. Через несколько секунд он уже был не человеком, а настоящим чертовым медведем. Сколько бы раз мне ни казалось, что я наконец-то привыкаю к этому миру, случалось что-то новое, что удивляло меня.
Например, двухсотфунтовый (90 кг) человек превращается в шестисотфунтового (270 кг) медведя.
— Он ее где-то спрятал. Неплохо, — сказал Ашер, выглядя впечатленным. — Я не видел, чтобы она исчезала у него из рук, но отсюда открывается не самый лучший вид.
Ведьме из команды противника удалось выстрелить оглушающим заклинанием в новообращенного оборотня, освободив своего коллегу-вампира. Над головой оборотня появились часы; начался двадцатисекундный обратный отсчет. Вампир мгновенно вскочил на ноги, и они с ведьмой убежали. У нее над головой тоже висели часы, и она не могла произнести другое заклинание, пока не истечет ее время.
— Чувствую, это может продолжаться часами, — сказала я, наблюдая, как команды ходят вперед-назад в поисках артефакта. Оба вампира хорошо его спрятали.
— У артефактов есть запах, — пробормотал Рон, наклоняясь вперед, и в его взгляде мелькнул огонек соперничества. — Вампиры и оборотни могут учуять, но им нужно подобраться как можно ближе. Один из них обычно оставляет защиту, чтобы выследить артефакт, если тот хорошо спрятан.
Вампир из другой команды теперь взбирался на гору, ведьма была рядом с ним, так же как и их оборотень. Должно быть, они были очень уверены в своем укрытии, потому что на земле остался только фейри, который в данный момент бегал зигзагами по земле, пытаясь сбить с толку и ускользнуть от другой команды.
На горе вторая команда рассредоточилась, и по крайней мере трое ее членов были там. Я не могла видеть четвертого, но предположила, что они пытаются найти артефакт.
Однако вторая команда совершила большую ошибку — они держались слишком близко к своему артефакту, что сделало очевидным его общее местоположение. В тот момент, когда шестая команда узнала об этом, ведьма выпустила огненное кольцо, поймав в ловушку двоих из другой команды. Оборотень уничтожил третьего. Вампиру потребовалось всего около пятнадцати секунд, чтобы найти артефакт, после чего он ударил кулаком по камню и потревожил тайник.
Кулак взметнулся в воздух, золото сверкнуло на солнце. Раздался звуковой сигнал, и вокруг поднялся шум. Мы все внимательно наблюдали, и я даже не заметила, что два других поля тоже закончили свой первый раунд. В бесконечном цикле поиска артефакта осталась только одна команда, в то время как другая продолжала пытаться оглушить и сбить с толку, чтобы вернуть его обратно.
— Всегда есть одна команда, — сказал Аксель, качая головой. — Их план излишен. Никто не может победить таким образом, потому что одна команда даже не пытается найти артефакт другой. У них все четыре игрока работают над сохранением безопасности.
— А что произойдет, если никто не выиграет?
— Через тридцать минут произойдет изменение, и ограничение заклинаний будут сняты на одну минуту. В течение этой минуты можно использовать любое заклинание и любой расовый дар, чтобы попытаться победить. Как правило, это все улаживает. — Глаза Ашера загорелись, и я поняла, что он надеялся, что это произойдет, принеся с собой весь этот хаос.
Но у нас не было возможности посмотреть. Наш номер был объявлен. Мы играли против тридцатой команды, поэтому я обняла Лариссу на прощание. Ашер, Джесси и Рон держались поближе ко мне, все мы остановились на краю нашего поля. Мы были не на водной территории — мы оказались в лесной зоне, и мои бедра были благодарны судьбе за то, что в этот раз мне не придется карабкаться по горам. Я не узнала нашего судью, но он был в их желтой форме, так что не заметить его было невозможно.
Мы собрались вчетвером, и он еще раз быстро зачитал правила. Я чуть не рассмеялась, увидев слегка позеленевшие лица другой команды. Они выглядели как первогодки. Большинство из них, вероятно, еще даже не знали, как правильно произносить заклинания.
Мне было почти жаль их. Почти.
Когда судейство закончилось, мы вернулись на свою половину поля, и я наконец заметила — не уверена, как я вообще раньше этого не замечала, — что здесь не слышно ни звука. Я видела сотни студентов, толпившихся снаружи, но до нас не доносилось ни звука.
— Ничего не отвлекает, — пробормотала я, заставляя себя сосредоточиться на игре.
— Я собираюсь замаскировать артефакт, — сказал Ашер, как только мы собрались вместе, — а затем спрятать его, прежде чем кто-либо узнает, что он у меня.
Я кивнула.
— Ты будешь отключен магически на двадцать секунд, так что я пойду с тобой на случай, если мне понадобится защитить тебя заклинанием.
