Север, конечно, место не самое приветливое и приятное для жизни, но серебряные рудники Хэйма всегда были лакомым кусочком. В прежние времена к ведьмам моего рода в очередь строились знатные женихи в расчёте на долю от доходов. Кажется, один из таких и прибрал их в итоге к рукам.
— Что, и рудники брошены? — продолжила недоумевать я.
— Люди любят серебро, — со странной усмешкой ответил герцог. — Но жизнь они любят всё-таки чуть-чуть больше. Мёртвым деньги ни к чему.
— Но ведь прорыв был давно, — возразила я. — И в других местах…
— И в других местах жизнь давно наладилась. Но в Хэйм никто приехать не пожелал.
— А куда делись местные?
— А местных не осталось. Погибли все, до единого.
— Не может быть, — не поверила я.
Я бывала на севере, давно, в детстве, отец ездил туда по какому-то делу и взял с собой нас с братом. И я хорошо запомнила тамошние городки — неприступные крепости со стенами в три-четыре человеческих роста, рвы с кольями на дне, дубовые ворота, окованные железом, воинов в полном вооружении, дозорных на башнях. Северяне отлично знали, с чем соседствуют, и были готовы к нападению каждый день и час. Погибнуть могли многие. Многие, но уж точно не все.
— Это странная история, Арнель, — вздохнул герцог. — Страшная и странная. Возможно, мой прапрадед мог бы пролить на неё свет, но вот беда — он тоже погиб там, вместе со всем отрядом. Известно только, что все в Хэйме: люди, скот, даже кошки и собаки, были убиты. Уцелели только две деревни на самой границе с Завиром, но даже там больше никто не живёт.
— Твари прорвались в крепости? В убежища? — продолжила допытываться я.
— Да. Вот только никто не знает, как. Ворота Хэймдара были закрыты. Двери убежищ были закрыты. Но люди внутри были мертвы. И знаешь, что ещё интересно?
— Что? — почти прошептала я.
— Твари не пошли дальше. Их не видели в тот раз ни в Завире, ни в Клеме. И в Дарган они не вернулись. Люди считают, что они так и остались в Хэйме. Прячутся где-то и выходят ночами. Невиданные прежде твари, способные проходить сквозь стены и двери. Понимаешь теперь, почему никто не желает там жить?
— Понимаю, — кивнула я. — Но такого же не может быть.
Я знала о нежити не так уж много, но вполне достаточно, чтобы понимать: ходить сквозь дерево и камень она неспособна. Это не нечистики вроде тех же гремлинов, которые скорее духи, а вполне себе существа из плоти. У большинства даже кровь имеется. И даже если предположить, что мифические гарпии, летающая нежить, в самом деле существуют, чему нет ни единого заслуживающего доверия подтверждения, это не объясняет гибель людей в убежищах. И тем более не объясняет, куда делась стая тварей, уничтожившая несколько не самых маленьких городов. Не могла же она просто прахом на рассвете рассыпаться! Вопреки крестьянским поверьям, солнце для них не настолько опасно, хоть они его и не любят.
И это уже не говоря о том, что история, рассказанная герцогом, категорически противоречила всему, что было известно о нежити, причём известно весьма достоверно. Твари не обладают разумом, ими движет лишь жажда добычи. Они бегут от одной жертвы к следующей. То есть, не станут методично убивать всех в одном месте. Если до жертвы не удаётся добраться достаточно скоро, переключатся на следующую, просто двинутся дальше. И так будет продолжаться до встречи с охотниками.
— Я рассказал тебе факты, которые мне известны, — развёл руками герцог. — Выводы делай сама.
— Это больше похоже на байку у костра, в которой самые важные факты как раз упущены, — проворчала я, всё-таки принимаясь за еду.
— Чтобы было страшнее? — хмыкнул герцог, следуя моему примеру.
— И так страшнее некуда, — вздохнула я. — А всё-таки, куда делась нежить?
— Я бы задал вопрос получше, — довольно мрачно прозвучало в ответ. — Была ли она там вообще.
— Но что-то же всех убило, — растерялась я, снова откладывая ложку.
— Именно, дорогая. Что-то всех убило. Или кто-то. А вот кто или что — это и есть самый главный вопрос.
— Такие вещи просто так не происходят, — заметила я невпопад, погрузившись в собственные раздумья.
— Точно, — кивнул герцог. — Сначала убили всех в Хэйме. Потом твою бабушку. Но тебя не убили. Какой из этого вывод?
— А ты считаешь, тут есть связь? — несколько удивилась я.
Собственно, связь тут вполне могла и быть. Как-никак Хэйм, можно сказать, колыбель рода Эрдин. Конечно, несколько смущало то обстоятельство, что между его уничтожением и смертью бабушки прошло больше сотни лет. К тому же в Хэйме случилось нечто толком не объяснимое, а бабушку убил вполне реальный человек, никакой загадки. Никакой, кроме мотива этого убийства. И причины уничтожения Хэйма.