— Не то слово.
— «Белую чесотку» на рубашку набрызгаешь?
Не удержавшись, я хихикнула:
— На подштанники. Так оно обычно доходчивей получается.
— Ты страшная женщина, — трагически прозвучало в ответ.
— Ты ещё не знаешь, насколько.
— Знаю, — со смешком отозвался Рэйн. — Ты правда пригрозила повесить обоих наследничков?
— Неправда, я не угрожала, — запротестовала я, осознав, что меня самым нахальным образом сцапали и тянут обратно ближе к краю. — Я предложила им выбор, и это был только один из вариантов. И они имели все возможности его не выбирать.
— Я скучал.
Я замерла, прекратив попытки освободиться и отползти обратно. Такого поворота разговора точно не ожидала, вот совершенно. И что мне теперь было говорить? Что тоже скучала? А я скучала? Между прочим, по меньшей мере отчасти это было правдой. Мне хотелось, чтобы он оказался рядом, и не только затем, чтобы толком его расспросить.
— Спасибо за цветок, — ляпнула я, не придумав ничего лучше.
Бесы, почему мы, два взрослых человека, не можем просто спокойно обо всём поговорить? Вместо этого ведём себя как бестолковые детишки какие-то. Осталось ему начать меня за косу дёргать, а мне — книгой его по голове бить в ответ. Кстати, видела я в библиотеке одну очень подходящую для такого дела книгу…
— Рад, что тебе понравилось.
— Красивый, — пробормотала я, устраиваясь на его плече поудобнее.
— Кто?
— Цветок.
Как я ни старалась, не смогла выдавить из себя ничего более толкового. Чего бы проще — взять да спросить. Но нет, слова не находились, страх заставлял молчать, прячась за бессмысленной болтовнёй. Я слишком боялась, что всё это временно, просто чтобы получше провести неизбежное время вместе.
— Надо было привезти настоящий.
— Не надо, — возразила я, одновременно радуясь и досадуя, что пустой разговор продолжается. — Лучше «слёзы Кармия» привези.
— Привёз уже.
— Спасибо, — пробормотала я, с трудом придушив зевок.
Вроде бы только что была почти бодрой, а теперь глаза сами стали закрываться. Видимо, слишком измучилась ждать непонятно чего, и как только наступила хоть какая-то определённость, успокоилась. Прямо совсем-совсем успокоилась.
* * *
Проснулась я от стука в дверь и раздавшегося немедленно вслед за ним пожелания доброго утра. Дина по привычке решительно направилась к окнам, но на третьем шаге застыла, вспыхнула, как молодая редиска, поспешно развернулась и едва не побежала обратно к двери.
— Дина, — попросила я, когда она уже почти выскочила из комнаты, — через полчаса зайди.
— Хорошо, миледи, — торопливо кивнула горничная, старательно глядя в сторону. — Просто господин Гровер просил передать, что лорд Родрик прибыл, вот я и…
— Спасибо, иди, — разрешила я, чувствуя, что всё недавнее спокойствие улетучивается, как его и не было.
— Иди завтракать, — совершенно ровным голосом распорядился Рэйн прежде, чем Дина всё-таки успела сбежать. — Миледи тебя позовёт, когда понадобишься.
Хлопнула закрывшаяся дверь. Я, не удержавшись, фыркнула. Всегда терпеть не могла звать прислугу колокольчиком, от этого действа пахло капризной лентяйкой, заставляющей девушек бегать по лестнице туда-сюда только затем, чтобы шторы задёрнуть или наоборот. Была у леди Соллерн именно такая знакомая.
— Чем ты недовольна? Что я командую твоей служанкой?
Я фыркнула опять. Что командует — это ерунда, в конце концов, он здесь хозяин. Другое дело, что он и Дине и мне, конечно, тоже дал понять, что через полчаса никто лишний здесь не понадобится. Трудно ли догадаться, почему?
— Поговоришь с ним? — с надеждой поинтересовалась я.
— Поговорю, — согласился Рэйн, решительно пресекая мою попытку высвободиться и встать. — Попозже. Знаешь, невольно начинаю восхищаться Селбером.
— С чего вдруг? — хмыкнула я, сама легко представляя себе сразу несколько причин если не уважать этого типа, то хотя бы отдать ему должное.
— Нужно быть поистине незаурядным человеком, чтобы заставить этого лодыря не просто подняться в такую рань, но ещё и по делам отправиться, — лениво протянул Рэйн, неторопливо водя по моему плечу кончиками пальцев и заставляя колкие мурашки табунами разбегаться по всему телу. — Я раньше, чем к обеду его тут не ждал.
— Так это всё Селбер?
— Само собой. Нет, я, признаться, немного подозревал и дядюшку, но нет, для него это слишком тонко.
— Это вообще не слишком тонко, — возразила я, пытаясь уцепиться за что-нибудь осмысленное, чтобы забыть о том, как мне нравилось, что пальцы продолжали бесцеремонное путешествие.
— А для него — слишком.
— Рэйн… — начала было я, но договорить не сумела, голос подвёл.
— Да?
— Мы завтракать не пойдём? — сглотнув, кое-как пробормотала я, уже сама прекрасно понимая, что нет.
— Не пойдём. Не хочу, чтобы ты любезничала с этим проходимцем.
Я хотела было возмущённо объявить, что в страшном сне не собиралась с ним любезничать и вообще с удовольствием отходила бы поганым веником по физиономии, но как-то не вышло. Брякнула я совершенно другое, будто бутылку вина с утра пораньше успела выпить, честное слово.
— Ты что, ревнуешь?