— От сомнительного чувства юмора моего покойного дедушки, — проворчал Рэйн, разворачиваясь и решительно направляясь обратно к дверям спальни. — Бабушка долго изводила его жалобами на призрака, который якобы поселился в библиотеке и запугивал её. И не желала слушать ни слова о том, что никакого призрака там нет. В итоге дедуля оставил на пути к библиотеке несколько таких вот подарочков и поймал моего дядюшку. Как раз когда тот пробирался в библиотеку, чтобы напугать бабушку и почитать… в общем, кое-какие книги, не предназначенные для детей.
— А что, — вопросила я, тоже возвращаясь в спальню и уже сердито захлопывая за нами дверь, — убрать потом всё это безобразие нельзя было?
— Забыл, видимо, — пожал плечами Рэйн, бросая халат на кресло и укладываясь в кровать. — Такие штуки постепенно разряжаются и начинают барахлить. Например, реагировать на проходящих мимо людей в неурочное время.
— И сколько их тут ещё таких? — поинтересовалась я, упирая руки в бока.
Честное слово, для полноты образа не хватало только передника и скалки. И ещё, пожалуй, соответствующих внушительных форм, из тех, что далеко превосходят самые смелые мужские мечты. Потому что грозностью вида моей щуплой фигурки муженёк не проникся совершенно.
— Да понятия не имею, — пожал плечами он. — В следующий раз проверю, остались ли ещё. А сейчас давай досыпать. Не хочу потом зевать всю дорогу.
Не удержавшись, я зевнула, торопливо прикрывшись ладонью. Как ни странно, несмотря на встряску спать очень даже хотелось. Но врождённая ведьминская вредность не позволяла сдаться без спора, хотя бы небольшого.
— Не знаю, — сообщила я, — смогу ли теперь здесь спать.
— Сможешь, — уверенно ответил Рэйн. — Иди сюда, и сама увидишь.
— Одна точно не смогу, — проворчала я, чувствуя, что прицепиться к чему-нибудь уже и не очень хочется.
— Ты преувеличиваешь. Но я не предлагаю тебе оставаться здесь одной.
— Рэйн… — тихо протянула я, начиная понимать, что сон, похоже, откладывается, во всяком случае на некоторое время. — Подожди…
— Чего? — уточнил шёпот у самого моего уха.
— Ну…
Я изо всех сил пыталась собрать в кучку ускользающие мысли и задать, наконец, тот самый вопрос. Его определённо нужно было выяснить, и лучше прямо сейчас. В конце концов, сколько можно откладывать?! Получалось, к сожалению, не очень. Но я продолжила стараться.
— Ты же понимаешь…
— Может, потом?
— Нет, сейчас! — возмутилась я, торопливо отворачиваясь, чтобы снова не потерять только что не без труда пойманную мысль. — Сейчас, пока всё не стало ещё сложнее.
— Не вижу никаких сложностей, — уверенно возразил муженёк, явно намереваясь продолжить задуманное. — Лично меня всё устраивает.
И ведь если бы я хоть была против! Увы, факт состоял сейчас в том, что я была очень даже за, причём обеими руками. В буквальном смысле. Но, тем не менее, это ничего не меняло.
— Но ты понимаешь, — настырно повторила я, — что это может иметь последствия.
Всё-таки сказала. Не так прямо, как хотелось, но хотя бы. И тут же внутренне сжалась, ожидая резонного замечания, что мне, как ведьме, давно следует уметь решать такие вопросы. Чтобы ничего не было, в смысле. Более того, я и умела, и очень даже неплохо. Только почему-то так до сих пор ничего и не сделала.
— Да, это понимаю, — согласился Рэйн. — Я уже довольно большой мальчик.
— Ну и как тогда… в смысле…
Я снова запуталась и смутилась, хотя, учитывая наше, так скажем, нынешнее расположение относительно друг друга, смущаться было как минимум поздно и очень глупо.
— Разве это обязательно?
Вопрос поставил меня в тупик. Честное слово, вроде бы я столько это всё обдумывала, но ни разу его себе не задала. Как-то сам факт того, что наш брак — явление временное, в моём сознании сомнению не подвергался. Я много думала о том, когда он закончится и как, но не о том, закончится ли он вообще.
— А… — почти пискнула я, сглотнула и договорила: — Ты же сам предложил развестись через три года.
— Ты предложила развестись немедленно, — тут же парировал Рэйн.
— А ты… ты… — я задохнулась от возмущения. — Ты всё это задумал с самого начала, да?!
— Ну да, — как-то подозрительно ласково согласился муженёк. — И ещё это я подругу твою подговорил, чтобы вы с ней местами поменялись. Ерунды не выдумывай.
— А откуда ты знаешь, что мы с Лаурой подруги? — тут же вскинулась я.
— Арнель, — вздохнул Рэйн, — я не собираю сплетни, но обречён их слышать. И неужели ты думаешь, что подобная дружба ни разу не становилась предметом светского злословия?
Я сердито засопела. Конечно же, всё так и было. Тайны из нашей дружбы Лаура не делала, хоть я не раз её об этом просила. Она всегда отказывалась, а на мои предупреждения о том, что это может стоить ей удачного брака, только отмахивалась и говорила, что женихи, которых способна отпугнуть такая ерунда, ей не нужны. Что ж, её нынешнего мужа это и впрямь не отпугнуло, так что, возможно, она была и права.
И вроде бы до сих пор всё было очень даже складно и логично, но мне упорно чудился какой-то подвох. Не бывает случайностей, только неизвестные закономерности. И эту конкретную я непременно вычислю.