– По правде говоря, этот план выявил несколько слабых… слабоватых звеньев в нашей системы охраны. Если допустить, что вы бы пригласили Афанасьева в гости, а мы бы пропустили его с деталями пистолета в сумке на территорию дома, то вероятность его успеха была бы в районе двадцати процентов.
– Двадцать процентов… – мрачно проговорил хозяин кабинета.
– Да, Игнат Рафаэлевич. Пороговое значение для профессионалов. У нас, в «Альфе», если вероятность успеха операции составляла двадцать процентов, операция считалась потенциально успешной.
– Ну что? – Ходырев резко развернулся на каблуках и посмотрел в глаза Пекарскому. В его голосе зазвучал азарт. – Будем встречать гостя?
* * *
Вставить колодку ударно-спускового механизма, затем ствол, направляющую втулку в кожух, вставить возвратную пружину, затвор со стволом на рамку, вставить затворную задержку, надвинуть пружину затворной задержки, вставить магазин. Передёрнуть затвор, снять с предохранителя. Сформировать хват, вывести на цель и плавно нажать на спуск. И всё заново. Раз за разом.
В невесомости.
Через неделю стало получаться быстро и легко, движения сделались плавными, скорыми и чёткими. Следующий этап – то же самое, сборка того же ТТ, но не глядя, в мешке.
После спасательной операции, что удивительно, Коле почти не задавали вопросов. Особенно демонстративно его игнорировали Вильгельм Забушек (по понятным причинам, в силу характера, он вообще Колю почти перестал замечать) и Франк-Мартин Шульце. Элли потом сказала, что последнему с Земли мягко намекнули, что, мол, лучше вообще отметить инцидент в судовом журнале как заурядный и помалкивать в тряпочку.
Конечно, на «Джульетте» вся слава досталась Элли. Коля намекнул, что так надо, одной короткой фразой: «Вот рванул сдуру! Хорошо, она вовремя сообразила, как что сделать». Элли всё поняла и быстро поддержала. Хотя, уж кто тут сдуру-то… Но многие верили.
Элли тоже не задавала вопросов, но смотрела на Колю, как бы сказать, не с подозрением, но настороженно. Общались, на первый взгляд, без напряжения. Вроде бы всё как всегда, вроде, просто занята, но ощущение барьера за пару дней превратилось из кажущегося в определённое. Коля, улучив момент, когда они на секунду остались вдвоём (а вдруг как-то само собой перестало складываться, чтобы остаться вдвоём), осторожно взял её за руку, посмотрел в глаза и хотел было напрямую спросить, что происходит, но Элли отвела взгляд и аккуратно высвободилась.
– Прости, Коля… я… я тебя совсем не знаю, – она вздохнула и, наконец, их глаза встретились, – я так не могу…
Коля тоже вздохнул.
– А я не могу рассказать. Многого, наверное, вообще никогда не смогу.
– В этом я не сомневаюсь! – Элли привычно озорно усмехнулась и исчезла.
А ещё через день рассказывать стало можно почти всё. Коля даже от шока вспомнил слово «нежданчик».
Сначала в голове зазвучал голос. «Бриз ответь Закату». Ну вот, объявились! А три дня докричаться не мог. И так вызывал, и этак, и того, и другого, а в ответ только неожиданно две фразы Кельта: «Не засоряй эфир, курсант», и, когда Коля совсем уж «оборался»: «Минута общения десять рублей. Текущий баланс – минус двадцать». Вот такие крутые парни в «Дельте» служат!
И тут вдруг посреди ночи:
– Бриз ответь Закату.
– Бриз на связи.
– Слушай вводную, Бриз. Совершенно секретно. Этический комитет Лиги наций одобрил предоставление тебе гражданства. Через четыре часа президент Шацкий подпишет документ, ты станешь гражданином России. Документ на подписи ещё со времён Калинкина.
Коля чуть не подпрыгнул! Со времён?! В смысле?
– Сразу же информация о тебе будет обнародована. Так что утром проснёшься знаменитым. Можешь на «Джульетте» рассказать, если успеешь. Но только после объявления. Удивляйся, как будто для тебя неожиданность. Рано утром с Эмерсон стартуете в космос. Она получит координаты точки рандеву, через три недели тебя заберёт частная «Молния», она уже в пути. Дальнейшие инструкции получишь там. Следуй им беспрекословно. Можешь верить каждому сказанному тебе слову. F-Command якобы случайно забудь в шаттле. «Дельте» вообще неизвестно, где ты находишься, что ты делаешь и что происходит. Этого разговора у нас никогда не было. Вопросы?
– Есть вопрос. Где взять Эмерсона?
– Летиция Эмерсон, отставной полковник ВКС США, тебе известна как Элли. Ещё вопросы?
– Никак нет.
– Конец связи.
Ну что скажете? Не нежданчик?
А дальше вообще закрутило. Само собой, в ту ночь он не заснул. Проворочался до утра, покурить сбегал по-тихому. Крючкотвор Шульце, конечно, узнает и пометочку в судовом журнале сделает, только Коле-то теперь что.
Но в пять утра неожиданно, хотя теперь-то уж какие неожиданности, заявился он сам, за его спиной маячила всклокоченная чёрная шевелюра Элли.
– Ник, доброе утро… Или как тебя там на самом деле… – пробормотал директор. Он был заспанный, глаза ещё не разлепились, и языком едва ворочал. А вот ведь не удержался, ввернул фразочку. – Приказ с Земли срочно вывести тебя в космос. Тебя выдадут российским властям. Полетишь с Элли, она получит инструкции после старта.
