Наконец Сергей, капитально измазавшись, взобрался на вершину – и обнаружил, что с нее ни черта не видно. Вокруг на расстоянии пятидесяти метров поднимались точно такие же холмы, и росшие на них разлапистые клены закрывали обзор.
Сергей приложил ладони рупором ко рту и заорал во всю силу легких:
– Настя!!!
Лысая Гора ответила гробовым молчанием. Он несколько раз прокричал имя девушки, до боли в горле – с тем же результатом.
Проклятье! Через час стемнеет окончательно – и тогда шансы отыскать Настю будут равны нулю.
Сергей сбежал вниз. Снова припустил по тропинке, забрался на следующий холм. Осмотрелся, ничего не обнаружил, спустился…
Так он облазил холмов десять. Безрезультатно. Сцепив зубы, упрямо вскарабкался на очередную возвышенность – и не удержался: нога соскользнула, Сергей потерял равновесие, попытался схватиться за росший на краю куст… Не помогло. Ветки куста обломились, и он рухнул на другую сторону холма.
Высота была небольшой, но вполне достаточной, чтобы переломать кости. Сергея спасло то, что он удачно упал – почва оказалась влажной и мягкой. Правда, его одежда, руки и лицо оказались измазаны в глине, но сейчас это волновало его меньше всего.
Оправившись от падения, он осмотрелся. Перед ним простиралась поляна размером с футбольное поле. Она шла от холма, с которого он свалился, между двумя плотными полосами леса и оканчивалась гигантской земляной насыпью. В насыпи зияла черная дыра в два человеческих роста.
Сергей подошел ближе. Это была не дыра, а выложенный камнем тоннель. Остатки Лысогорского форта!
В мозгу всплыл отрывок из теленовостей, в котором рассказывалось об истории Горы:
Сергей подошел к тоннелю вплотную. Он был в длину около тридцати, а может, и пятидесяти метров, точно на глаз определить было сложно, и пронизывал насыпь насквозь. Где-то вдалеке маленьким окошком светился выход.
Раньше тоннель закрывали громадные двери, теперь о них напоминали только торчащие из стен массивные петли. Над входом, почему-то на английском языке, едва-едва проступала надпись черными чернилами: «PROHIBITED AREA».
Запретная территория.
Внутри тоннеля было темно, хоть глаз выколи. Сергей включил фонарик на телефоне и зашел внутрь. Его шаги гулко разнеслись под каменным сводом. Воздух был сухой, спертый, будто в вагоне метро, где надышали несколько десятков пассажиров. Это было странно: учитывая, что тоннель сквозной, вентиляция здесь должна быть превосходной…
Сергей шел быстро. Дрожащий свет фонарика выхватывал из темноты надписи, которыми были покрыты стены. Сергей не обращал на них внимания. Мистики тут не наблюдалось никакой: это были следы готов, неформалов и просто любителей полазить по старинным «заброшкам» в поисках острых ощущений. Смысл надписей варьировал от романтичного, начерченного розовым маркером «Лисенок + Цёмка = Love» до зловещего, выведенного багровой краской «Аве Сатана!».
Забавно: все неизвестные писаки из кожи вон лезли, чтоб пощекотать себе нервишки. А сейчас, когда на горе случилась серия таинственных убийств, этих искателей приключений как ветром сдуло.
Сергей уже дошел до середины тоннеля, когда что-то привлекло его внимание. Это был крест. Православный крест высотой в полтора метра, выдолбленный в стене каким-то острым предметом – может, долотом, может, охотничьим или армейским ножом.
Кирпичи были выщерблены на два пальца в глубину. Крест был обведен желтой краской, но она от времени почти полностью облупилась. Внизу, под крестом, на кирпичах было что-то написано мелкими буквами. Сергей нагнулся, прищурился.
Это оказалась молитва «Отче наш», выведенная грифельным карандашом. Буквы были размашистые, неровные, как будто писали в панике. Под молитвой было добавлено: «Дальше не иди!»
Что бы это могло значить?
Впрочем, какая разница? Сергей вдруг поймал себя на мысли, что он, пускай на несколько секунд, отвлекся от поисков Насти. Парень выпрямился и зашагал вперед.
Внезапно что-то капнуло ему на голову и потекло по лбу. Грунтовая вода, просочившаяся сквозь растрескавшийся цемент в своде тоннеля. Сергей машинально вытер лицо – и, глянув на руку, остолбенел.
Это была не грунтовая вода.
Это была кровь.
С потолка закапало сильнее. Сергей поднял голову и с ужасом увидел, что темно-красная жидкость вытекает прямо из свода – как будто тоннель был живым и кто-то ударом ножа перерезал ему артерию.
Он бросился к выходу, подальше от ужасного места. И тут закровоточили все стены…
