После того как Павел меня бросил, я вернулась домой, села в кресло и расплакалась как никогда. В свои годы я не представляла, что жизнь может преподнести и большие испытания, чем расставание с парнем. Весь мир казался серым и мрачным, я ничем не занималась, все друзья где-то учились, а я нет. Такое бесперспективное будущее мне рисовалось, что я рыдала без остановки. Мама зашла тогда в комнату и спросила, что случилось, а потом в несвойственной ей манере, строго сказала взять себя в руки и не плакать по всякой ерунде. Как всегда она была права…
Я пару недель пострадала, а потом распечатала, так далеко спрятанный мной, ящик с любовью к Алексу. Видимо в восемнадцать лет смысл моего существования мог быть только в этом. Пару лет назад, когда Пашка предложил мне встречаться, Алексу я тоже нравилась, но они, как-то решив этот вопрос между собой, оставили первенство за Пашкой. Меня это возмутило слишком поздно, через два года, когда мы окончили лицей и разбежались по жизни кто куда. Я все время запаздывала с оценкой ситуации и тогда еще не понимала, что им обоим, я уже безразлична. Часто в то время мне снился один и тот же сон, в котором я не могла открыть глаза, хотя со зрением было всё в порядке, и я никак не видела, что происходило вокруг меня. Утром я просыпалась, долго лежала и просто смотрела в потолок, затем, заставляла себя встать, и прожить еще один день…Только мысли об Алексе не давали мне совсем сойти с ума. Мое сердце он занял на долгие годы. Эти чувства то притуплялись, то воскресали с новой силой, причиняя невыносимую боль от безответности.
Я упивалась этой болью. Почти десять лет я страдала и мучилась мечтой о нем. Каждую весну сходила с ума от жгучего чувства в груди и безумного запаха цветения абрикос. И ничего не могла с этим поделать. Где-то разумом я понимала, что мое чувство безответно и даже если Алекс ответит мне взаимностью, его чувство и на один процент не сможет перекрыть то, что испытываю к нему я. Внутри меня создавалась целая вселенная, она затягивала меня, закручивала. Мне нравилось это ощущение и одновременно рвало меня на миллионы галактик и частиц. Казалось, что вот-вот и меня не станет, вселенная расширится до неведомых границ и останется только пустота. Тогда я включала на всю громкость «Океан Эльзы» дома или в машине, это немного меня успокаивало и возвращало к земным делам. Вибрация громкими звуками восстанавливала мои расшатанные, внутренние струны. А когда становилось совершенно невыносимо, я включала Павла Кашина и вместе с ним пела, срывая голос, разбавляя свою боль его музыкой и стихами, и ненадолго забывалась.
Апофеозом наших отношений (если это можно так назвать) с Алексом стала очередная встреча выпускников. Были и после этого встречи, но именно та, поставила какую-то точку для меня. Я столько раз представляла эту встречу, столько раз фантазировала и проигрывала её внутри себя это, но однажды почувствовала совершенно ясно, что всё произойдет, так как я и не могу представить… Мое предчувствие и в этот раз, меня не обмануло.
Встреча была как встреча. Обычная. Кафе, одноклассники, Алекс совершенно чужой, пьяный и беспардонно веселый. В конце вечера я отозвала его поговорить, и мы уселись в моей машине. Мне долго не приходили слова на ум, наконец, собравшись, я сказала:
– У меня к тебе большое чувство,– произношу я еле слышно.
Алекс, немного оторопев, произносит:
– Что за день сегодня, ты мне признаёшься, и Вероника дает свой телефон, что бы я стал ее любовником, – говорит Алекс и разводит руками.
До меня не сразу доходит смысл его слов. Ожидаешь услышать, например, я не испытываю к тебе таких же чувств или ты мне то же очень нравишься, но такое – нет. Я цепенею, вижу что мои руки лежат на руле машины, но кажется не слышу и не чувствую ничего. В голове крутится только одна мысль, кто этот парень рядом со мной на пассажирском сидении? Где тот мальчик, который читал мои мысли, которого я полюбила?? Где он тот Алекс, в котором так органично сочеталась тонкая душевная организация и непомерная брутальность? Как – будто у этого человека рядом со мной нет души, кто-то забрал ее и оставил только пустую телесную оболочку.
Алекс опять что-то говорит, про нас и что нам надо встретиться трезвыми, и заняться сексом.
Я поворачиваюсь к нему и смотрю в глаза, там абсолютная пустота. И вдруг меня осеняет мысль, а что если тот человек, который украл у него душу, это я и есть?! Когда-то давно, 10 лет назад, я забрала её без спроса и теперь пришло время вернуть украденное. Не годится человеку жить без своей души. Я быстро, что бы потом не передумать, набираю полные легкие воздуха, накланяюсь к Алексу и прислоняю свои губы к его губам. Он думает, что я хочу его поцеловать и приоткрывает рот, я быстро выдыхаю весь воздух без остатка, так что у меня кружится голова. Алекс немного отстраняется и смеется, думая, что я с ним играю. Мне не смешно, я смотрю ему опять в глаза, мне кажется или они немного искрятся и светятся. А у меня внутри какая-то опустошенность…
– Пойдем, – говорю я, – давай вернемся в кафе.
