Резкость так и не сорвалась с языка. Я посмотрела Марите в глаза. Пусть избалованная и капризная, она – моя сестра. Если я начну вымещать на ней обиду, то чем я лучше мамы?
– Ксан занят, Мари. Завтра у него первый день в новой должности, а сегодня мы раскрыли сложное дело.
Она уныло кивнула.
– Я понимаю.
– Мари… – подобрать слова было нелегко. – Ксан – взрослый парень.
– И он твой муж, – угрюмо продолжила она.
– И это тоже.
– Он такой красивый, – тихо выдохнула Марита.
– Как все маги. Это следствие искры – дар меняет, улучшает тело, – я протянула руку и погладила Мариту по щеке. – Ксан не единственный маг на свете. Понимаешь меня?
– Мама говорит, маги презирают людей.
– Неправда. В Ларии полно смешанных семей. Любви не важны внешние различия, а внутри мы очень похожи. Так же радуемся и огорчаемся, ревнуем и совершаем ошибки. Если маг полюбит тебя, меньше всего его будет волновать тот факт, что ты – человек.
– Меня не полюбят, – губы Мариты задрожали. – Я то-олстая…
– Ты ещё сто раз изменишься, пока вырастешь.
– Правда? – она подняла голову и недоверчиво уставилась на меня.
– Честное магическое. Только не ешь много сладкого и побольше двигайся.
Марита скривилась, после чего посветлела.
– Ладно. Но вы всё равно приходите в гости!
– Придём, – пообещала я. – Доброй ночи, Мари.
Почему я раньше не замечала, что она – обычная девочка-подросток, никакая не злобная мегера, мечтающая отравить жизнь взрослой сестре? Переживает о внешности, впервые безответно влюбилась в красавца-мага. Может, наше соперничество жило в моей голове? Или я наконец-то выросла и перестала ревновать?
Из Мейрига я перенеслась домой. Ксан уже сидел за столом в кабинете и складывал бумаги. Разумеется, Кот лежал у него на коленях.
– Грай только что связывался, – он оторвал взгляд от документов. – Элар Корн примчался в Службу защищать свою дочь.
– К которой, по его словам, он совершенно равнодушен, – усмехнулась я.
– Любить детей естественно.
– Скажи это моей маме.
Я присела на подлокотник кресла, завела за ухо прядь снежных волос.
– Кэсси, мы нашли убийцу.
– Да. Но я не чувствую радости. Драный Хаос, я даже удовлетворения не испытываю! Шесть лет мечтал отомстить – и как мечтал! – а в душе одна растерянность.
– Помнишь, я говорила тебе о справедливости? Это и есть главное. Не месть. Мы доказали, что любое преступление будет раскрыто, когда бы оно ни произошло – пятнадцать или сто лет назад. А история Сэнсалии Ринд многих удержит от необдуманных поступков.
– Наверное, ты права, – Ксан убрал в папку последний лист и щёлкнул замком. – Но я не могу не думать, что лучшим выходом для Сали станет казнь.
– Подождём суда.
Он согласно кивнул. Потревоженный Кот недовольно мявкнул.
– Завтра я заберу Фанни и Френки, – сказала я ему. – И не смей их обижать!
– Во что превратится наш дом, – хмыкнул Ксан.
– Подожди. Когда появятся дети, ты поймёшь, что три кота – это ерунда, – утешила я мужа. – Привыкай пока.
– Постараюсь, – он обнял меня и прижался щекой. – Ты только не затягивай. Хотелось бы вырастить детей до того, как Райн соберётся на пенсию. Иначе они тоже будут видеть папу в неделю раз.
– С тобой затянешь.
Наш поцелуй из нежного очень быстро перерос в страстный. Кот понял, что он лишний, благоразумно соскользнул с коленей и исчез.
Прошлое остаётся в прошлом. А будущее мы создадим сами, и зависит оно лишь от нас.
– Мау!
– Мяу!
– Мяв!
В ужасе я подскочила. Три наглые усатые морды – одна серая-полосатая и две рыжих – настойчиво напирали со всех сторон. Кот забрался на подушку, Фанни топтался на животе, Френки разлёгся на груди.
– Эля, уйми свою хвостатую банду, – сонно пробормотал Ксан.
Последнее слово совпало с раскатом грома, придавая просьбе угрожающий вид. За окном бушевала июньская гроза – мощная, яростная. По стёклам текли ручьи, подсвеченные вспышками молний. Я взглянула на часы.
– Демон, мы проспали!
Собраться за десять минут? Легко, если ты маг. В Большой зал Университета мы прибыли в числе первых. Ко мне сразу же подлетела Нели, боязливо покосилась на Ксана, но всё же выпалила:
– Эля, элар Корн вернулся!
– Конечно, вернулся, – за меня ответил муж. – Суд решил, что пять лет, проведённые в тюрьме за преступление, которого он не совершал, достаточное наказание за сокрытие настоящего убийцы.
Добавлять, что Совет магов вынес элару Корну строгое предупреждение, он не стал. Многие считали, что Корну повезло. Всё незаконное за него делала Сали – чистила память, стирала следы присутствия, прятала ключи.
– А правда… – Нели запнулась. – Правда, что элара Ринд сама попросила о казни?
– Да, – сказала я. – Суд приговорил её к запечатыванию, но она выбрала быструю смерть.
Я вспомнила Сали за минуту до того, как заклинание остановило её сердце. Она сидела в кресле, спокойная и уверенная. Поискала меня взглядом, улыбнулась и закрыла глаза. Так и ушла умиротворённой – в Гармонию или Хаос, судить Вездесущему. В тот момент я подумала об отце: если он ждал её, то, верно, встречает… Надеюсь, Вездесущий позволит им разделить вечность – он милосерднее, чем были к себе эти двое.