Теперь Продавец безмолвствовал. И я пересказал ему всё: и как позвал Лихачёва, и как мы нашли «экспертов», и как явился Иван и предложил свою помощь. Закончил соболезнованиями, которые передал Прежний, и его предложением разбираться в случившемся вместе.
Единственное, про что я предпочёл не говорить, так это про нападение Слуг.
Продавец молчал так долго, что я всерьёз подумал, не завис ли его мыслительный аппарат. Киборг всё-таки.
Я даже подошёл ближе и помахал ладонью у него перед глазами.
— Очень странно, — сказал Продавец. — Одно никак не сходится с другим. Прежние не могут войти в Комок, защита этого не допустит. Если бы женщина лежала у дверей…
Он снова замолчал.
— Может, вошла, умерла, а ваш товарищ её затащил за штору? — предположил я.
— Зачем? — спросил Продавец. — Ну и самое странное, как ему пробили корпус?
— Изнутри, — напомнил я.
— Гель под большим давлением, — вяло ответил Продавец. — Если пробить корпус, то гель выплеснется и выгнет металл наружу. Но топором? Невозможно. И почему не сработала защита? Знаете, что будет, если вы попытаетесь меня убить?
— Не получится? — предположил я.
— Нет, — подтвердил Продавец. — А вот с вами всё будет плохо. В Комке мы защищены.
Он опять замолчал.
— Ну так что нам делать? — спросил я. — Иван просит расследовать гибель этой женщины. Оборудование всякое готов подогнать. Но это вроде как ваша территория, если вы против…
— Я не против, — сказал Продавец. — У нас нет постоянных врагов, бывают лишь временные недопонимания. Мы очень доброжелательны. Но… но…
— Что ему сказать?
— Максим, это всё может оказаться гораздо опаснее, чем я думал, — сказал Продавец. — Вы вправе отказаться от моего задания.
— А мутаген?
— Нет задания, нет оплаты, — Продавец покачал головой.
— Ну тогда чего спрашиваете? Я не откажусь. Командуйте.
— Расследуйте дальше, — решил Продавец. — Передайте Ивану, что мы принимаем его сочувствие и готовы к временному сотрудничеству, с надеждой, что оно перерастёт в постоянное.
Произнёс он это так, что стало ясно — решение принято, и далось оно нелегко.
— Тогда я попрошу вас дать мне боеприпасы, — сказал я.
— Что так? — заинтересовался Продавец.
— Раз всё «может оказаться гораздо опаснее», — выкрутился я.
Продавец шумно втянул носом воздух. Сказал с укором:
— А вы недавно стреляли, да?
— Это не касается расследования.
Продавец погрозил мне пальцем. Заметил:
— Вы становитесь мудрее, Максим. Вы начали понимать, что информация — это самый дорогой товар.
Я кивнул.
— Магазины для «макарова»? — спросил Продавец.
— Да, разные. И дробь на всякий случай. Ту самую, петрификационную.
Продавец кивнул:
— Хорошо. Это логичная просьба, и я её исполню. Но постарайтесь не начать новую галактическую войну, юноша… Что-нибудь ещё?
— Если можете дать какой-то совет — приму с благодарностью, — ответил я.
— О, я всё время даю вам советы, но вы не всегда их замечаете, — поддел Продавец. Пошёл к шторе, отодвигая её остановился, обернулся ко мне: — С вас рэдка за патроны, Максим.
— Я же веду для вас расследование! — удивился я.
— Никогда не надо путать ситуативный союз, в котором каждая сторона преследует личные интересы, и долговременную поведенческую стратегию, — ответил Продавец.
Дарина встретила меня сразу за дверью Гнезда.
Вряд ли она тут ждала, конечно. Может, о моём приближении сообщило Гнездо, а может быть, стража.
Обо всём случившемся она, конечно, знала от Наськи.
И вид жницы ничего хорошего не предвещал.
— Зачем вы пошли пешком? — выпалила она, едва я вошёл в фойе. — Это опасно!
— Москва, центр, день! — парировал я. — Дарина, я не могу по родному городу ездить в броневике. У меня его и нет, кстати.
— Давай купим тебе машину? — предложила Дарина, с тревогой глядя на меня. — Бронированную!
— Чего? — поразился я. — У Гнезда так много денег?
Жница смутилась.
— Нет. У меня даже доступа к счёту нет, он был у матери. Но можно что-то придумать. Что-то продать.
Она говорила на полном серьёзе. Я вздохнул, обнял Дарину, она дёрнула плечами, словно собиралась вырваться, но осталась.
— Дарина, ну что за ерунда. Я не могу ездить в броневике, это дорого, это глупо, это всё равно не спасёт от нападения. Я буду осторожен, обещаю.
Дарина чуть не плакала.
— Почему ты запретил Гнезду посылать с тобой Наську?
— Потому что она ребёнок, а не боец!
— Давай, я с тобой пойду? Я сильнее.
— Ты нужна тут. Когда следующих куколок привозят?
— Сегодня вечером, — Дарина беспомощно оглянулась. — И эта… прыгалка… всё ещё в Изменении… Да, точно не смогу уйти. Максим, я боюсь за тебя!
Ох уж эти женские переживания! Всю жизнь за тебя волнуется мать, а как только появляется девушка — начинает тревожиться она.
Вообще какой-то день женских тревог сегодня! Разве что Наська лучится оптимизмом, но это в силу возраста.
— Всё будет хорошо, — упрямо сказал я. Подмигнул страже: — Верно ведь?
— У тебя хороший боевой опыт, — согласилась стража.
— Же понимает, — обрадовался я.
— Но я думаю, это случайные успехи, — продолжила стража. — Без Призыва твои боевые качества не слишком выдающиеся.
Предательница!
— Дарина, ты меня покормишь? — спросил я. — Зря утром не поел.
Сработало!
