У меня даже похолодело всё внутри. Я вдруг понял, как это бывает — у Прежних и их Слуг.
Им ведь не нужны красивые или умные. Таких, наверное, они использовали иначе. А вот глупые, уродливые, затравленные, живущие без любви, без дружбы, в беспросветной череде нелюбимой работы, без перспектив, с одной лишь глухой, безнадёжной завистью ко всем, кто красив и любим, кто умён и талантлив… О, какие из них должны получаться замечательные Слуги! Недалеко, в общем-то, ушедшие от людей, но жадно схватившиеся за обретённую красоту, ум, силу, молодость. Ненавидящие и презирающие людей. Преданные своим благодетелям…
— Почему тогда вы пошли против Прежних? — спросил я.
Ника нахмурилась.
— Мы бы не пошли. Если бы не Инсеки… они разрушили всё. Они сломали наш мир. Украли нашу мечту.
— Стать Прежними? — уточнил я.
— Да. Это случается редко, но иногда, за особые заслуги, нам даётся шанс. Но… всё изменилось. Прав стало меньше, возможности исчезли. Служить и ждать… надеяться, что Инсек сдохнет и всё вернётся на круги своя. Прежним легко ждать. Нам — нет.
— Решили убить его и выслужиться?
— Нет, теперь мы хотим большего, — Ника усмехнулась. — Земля изолирована, колонии сами по себе. Бесконечные войны — тупиковый путь. Мы хотим получить своё. Свой мир, своё стадо, своё развитие. Мы — гибче Прежних. Мы учтём их ошибки. Сотня-другая лет…
Как легко она это произнесла!
Произнесла и замолчала, словно решила, что информации достаточно.
— Мы уничтожаем Инсека, забираем корабль, создаём канал и улетаем с Земли, — продолжила Ника. — Остальное нас не волнует. Разбирайтесь с Прежними, мы подскажем их слабые места. Пусть Земля станет планетой людей. Мы заберём немного, лишь на первое время. Два-три миллиона голов нас устроит.
— Так просто? — спросил я.
Она не поняла иронии.
— Конечно. Прежних мало, у вас будет шанс справиться. Вселенная огромна. Разойдёмся с миром.
— Как-то очень легко отдаёте нам планету, — заметил я.
— Всё равно не удержите, — сказала Ника беспечно. — Убьёте Прежних, дорвётесь до их технологий. И что? Ваши правители займут их место. Понимаешь, жизнь человеческая так устроена, что есть стадо баранов и пастухи. Если пастухов не станет, бараны выберут новых, из своих рядов. Читал книжку «Скотный двор»? Это про вас, людей.
— А вы не бараны.
— Мы псы. Которые хотят стать волками. Как тебе такое предложение, Максим?
Я посмотрел на Милану, застывшую в нелепой позе. Потом снова на Нику — та стояла расслабленно, свободно. Но я знал ловкость Слуг.
— В книжке правили не волки, а свиньи… — сказал я. — Беда в том, что я не могу тебе доверять. Ну к чему вам с кем-то договариваться? Не вижу смысла.
— Твой единственный шанс — довериться, — ответила Ника.
— Не могу.
— Тогда ты и твоя подружка умрёте.
— Или ты, — сказал я.
Ника размышляла.
— На какой мирный вариант ты согласен?
Наверное, это значило, что мои шансы победить непозволительно высоки. А значит, надо было сражаться.
Но я устал. Я не знал, что именно Ника способна сделать со скафандром Миланы — вдруг может разгерметизировать в доли секунды?
И самое главное — я не хотел рисковать ради Инсека.
— Ты уходишь, — сказал я. — Мы с Миланой возвращаемся на корабль. Нулевой вариант.
— И три трупа около нуля.
— Вы же друг друга не жалеете.
— Нет, но это обидно… Инсек тебе что-то обещал?
— Поговорить, — признался я. — Возможно, прийти к соглашениям.
Ника облизнула губы.
— Хорошо. Тогда я принимаю твоё предложение. Я уйду и сниму контроль над скафандром девушки. Вы меня не преследуете, возвращаетесь на корабль.
— А Инсек? — спросил я. — И его предложения?
Ника ослепительно улыбнулась.
— Да, конечно, поговори с Инсеком. Я только за. У тебя есть некая договорённость с Иваном, так? Продавцы тоже тебя наняли, верно? И что-то тебе предложит Инсек. Почему бы нашему предложению не оказаться четвёртым? Выслушай всё и выбирай.
— Что ты задумала? — спросил я с подозрением.
Ника продолжала улыбаться.
— Я не знаю, что тебе обещали и что будут обещать. И я не люблю таких, как ты. Но уверена, Максим, — выслушав все стороны, ты удивишься тому, что наше предложение самое честное. Помогите нам захватить корабль — и владейте планетой. Я подумаю, чем мы можем скрепить временный союз.
— После разговора мы вернёмся на Землю. Я уже ничем не смогу помочь.
— Сможешь. Инсек тебе доверяет и идёт на контакт. Наш с тобой разговор он не услышит, я отключила запись. Да, и в качестве доказательства добрых намерений…
Она уверенно пошла ко мне, шагая твёрдо, будто на Земле. Тоже искусственная гравитация.
Я попытался поднять руку — и не смог!
Мой скафандр превратился в твёрдую, неподвижную скорлупу.
Ника подошла вплотную, приблизила лицо к шлему. Сказала:
— Тебе стоило сообразить, что твой скафандр ничем не отличается от скафандра подруги. И не позволять мне тянуть время.
Я дёрнулся изо всех сил.
Это было всё равно, что биться об стену. Скафандр превратился в застывшую кольчугу, в пустотелую статую, где я был замурован.
