– Угу, угу. – Покивал Рук. – Окурок ты хотел спереть! На Смита тут валить нечего. Его вчера в моем доме не было. Он правду говорит. Кое в каких делишках он тебе помогал, но больше по мелочи. Ты ведь любишь на других свои махинации сваливать, а?
– Какой окурок?! – не выдержал Младший. Тяжело плюхнулся в кресло, оружие пристроил перед собой.
Ему никто не ответил. Рук с Оуэном смотрели друг на друга, как бойцовские петухи. Вот-вот бросятся в драку.
Ха! Выходит, Оуэн сдал Тимми Ноги, чтобы отвлечь внимание Рука. Только он понятия не имел, что той ночью Тимми видел Картера! А тот уже знал самого Оуэна. Хотел след запутать, а вышло, что к собственной берлоге привел. Ирония судьбы.
– Вообще не врубаюсь, – признался красавчик Керк почти жалобно.
– И я ровным счетом ничего не понимаю, – поддержал Старший осторожно. – Свидетели ведь на Смита указывали.
Рук нехотя повернулся к ним.
– Имен они не называли. А в остальном все верно. Тот клерк настучал Смиту, а уже Смит Оуэну. Если надо – коп подтвердит, кто его на это все подписал. Я его уже, хм, разговорил.
– Тогда зачем это все? – Керк выглядел искренне сбитым с толку. – Раз они не в курсах?
Рук пожал плечами.
– Надо было Смита расколоть. Вот ты бы поверил, укажи я сразу на Оуэна?
Тот подумал – и решительно мотнул головой.
– Я и сейчас не верю, – Младший стукнул по столу кулаком. – Оуэн не мог сдать запись копам! Там же и его голосок.
– А вот и нет, – возразил Рук. – Помните, Оуэна в тот день хорошо так придушили? Он так хрипел и сипел, что мать родная бы не узнала! Простой план – нас всех в расход, а дело прибрать к рукам.
– Да Эллиот бы всех без разбору покрошил! – не согласился Младший. – По-моему, ты гонишь, братец Рук.
Впрочем, без особой уверенности.
– Зачем всех? – спросил Рук. Этот простой вопрос поставил блондинов в тупик. – Нет, братцы. Эллиоту на нас плевать, личных счетов к нам у него нет. Ему нужно громкое дело, чтоб дальше по службе продвинуться. На остальное ему чихать.
– Может, и так, – признал Младший неохотно. – Только все равно не сходится. Ну не мог это быть Оуэн.
– Не сходится или тебе так хочется? – с усталой язвительностью поинтересовался Рук. – По-моему, все к одному.
– Против него только слово Смита. А Смиту доверия нет!
Это уже рассудительный Старший.
– Почему это? – возразил Рук. – И рыжий, и коп – все одно твердят. Оуэн это все затеял. Денежки его можно проследить, когда он копу платил. Если банкиров за яйца взять, они мигом расколются. И Флетчер типа его человеком был, если б кто чего подозрительного заметил, так только Оуэн.
– Так что, это правда он? – пробормотал Младший.
– Ты уверен? Или это очередное представление? – Старший смотрел устало и строго.
– Полагаю, он уверен! – вдруг поддержал Рука молчаливый сегодня Керк. Все дружно к нему обернулись – Зачем братцу Руку Оуэна оговаривать? У них сроду терок не было, и со Смитом Оуэн никогда в контрах не был. А теперь они оба на Оуэна показывают!
– Ну да, – Рук потер лоб. Досталось ему за последние дни.
– Да что вы его слушаете! – взорвался Оуэн. Сжал солидные кулаки, набычился. – То ли перегрелся он, то ли девка эта ему мозги задурила. Я тут не при чем, слышите?!
Рук поморщился.
– Отбрехаться не получится, Оуэн. Я правду чую, забыл?
Тот послал Рука в такое место, что… В общем, Рук не пошел. Вместо этого продолжил устало:
– Не отпирайся, Оуэн. Я уже много знаю. И про то, что та гадалка, Ирэн, звонила из кабака не куда-нибудь, а в твою забегаловку. Она твоя двоюродная тетка, верно? Не по крови, ясное дело, твой дядя на ней женился. А когда твоего папашу замели, она тебя и воспитала. Ты ей вместо сына, так?
– Да пошел ты! – повторил Оуэн, глядя на него исподлобья.
– Ты давно Флетчера срисовал, а, Оуэн? Или тебе купленный коп его сдал? Флетчер вроде как на тебя пахал, вот Картер и расстарался, заложил напарника. Ты пойми, Оуэн, если тебя за руку словили, то доказательства раскопать – дело времени.
Оуэн молчал, только зыркал исподлобья.
– Доказательства? – хмыкнул Младший. Плеснул себе коньяка и передернул плечами. – Нафига они нам? Мы же не копы, нам главное до правды дорыться.
А Рук поднялся. Шаг, другой… Остановился от Оуэна на расстоянии вытянутой руки.
– Я по следу твоей тетки уже людей пустил. Посидишь под замком, пока ее доставят. А потом ради любимой тетушки посговорчивее станешь, а? Или лучше ее
И ухмыльнулся так, что меня мороз продрал.
Оуэн побагровел. Похоже, Ирэн он вправду любил, без дураков.
А Рук спросил глухо:
– Почему, Оуэн? Мы же одно дело делаем.
Тот осклабился. Прикурил неторопливо, затянулся.
– Да задрали вы меня с этой героической борьбой, мать ее. Сколько можно? Все для победы, да? В задницу вашу победу! Я для себя пожить хочу!
Рук смотрел на него с невыразимым отвращением, как на таракана.
– Ну ты и мудак, Оуэн!
Тот отшвырнул сигару, рванул из-под плаща револьвер. Вряд ли он рассчитывал отбиться, скорее решил: умирать – так с музыкой! Хоть одного с собой прихватить.
И нацелился он на Рука…
