— Мне не за что тебя прощать, — сказала Олеся. — И если ты думаешь, будто у тебя вчера был горячечный бред — пусть так. Но для меня это все серьезно. Я лекарка и должна вести себя определенным образом, иначе не смогу исцелять. Ты дал обещание меня слушаться, и будь добр, подчинись, чтобы закрепить лечение. К тому же если ты не женишься, то те чувства, которые ты там испытал, увидев танец мавок, будут тебя туда манить пережить их снова. А справиться с наваждением можно одним-единственным способом — венчанием в церкви и росписью в ЗАГСе. Когда ты обменяешься кольцами со своей избранницей и скрепишь свой брак поцелуем, чары спадут…
— Кто-то к нам стучится, — сказала хозяйка. — Я пойду открою.
Вернулась она в сопровождении соседки.
— Знаете последние новости? — затараторила та. — Макар, который из пришлых, не вернулся сегодня домой! Народ судачит, что его забрали духи за то, что обычай нарушил. Ты помнишь, что его родители отказались его в рощу нести и кровь его на жертвенный камень пролить? А сегодня у Фатьяновых внук родился, первенец. Обряд-то кто будет справлять? Травница-то наша, Елизавета, уж 5 лет как преставилась! Может, ты, Лесенька, возьмешься?
Леся задумалась — она словно к чему-то прислушалась. Затем молвила:
— Тетя Клава будет отныне обряды проводить.
Хозяйка дома вопросительно глянула на нее и произнесла:
— Ты уверена, что я справлюсь?
— Да. Так сказали мне духи.
— Ну что ж, на все их воля (и хозяйка дома перекрестилась). Скажи это Фатьяновым, соседушка — пусть позовут, после того как младенцу имя нарекут. И еще скажи, что вырубать священную рощу мои постояльцы не будут. И что их сын сегодня ночью видел цветок папороти.
— Не только видел, но и сорвал, — торжественно добавила Олеся. — И священный огонь не опалил его, и камень его кровь принял. Всем передай, чтобы все это знали.
Соседка кивнула и ушла.
Компания за столом молча проводила ее растерянными взорами, и даже Стас проникся — он наконец поверил, что все вчерашнее ему не приснилось, и что он действительно видел нечто находящееся за гранью примитивного житейского объяснения.
— А я было подумала, что это Марко в роще за тебя смерть принял.
— Нет, у тятеньки Марка я приемыш, знайда. Настоящий мой отец — Макар. Я сама об этом только давеча узнала, и у тятеньки выспросила, правда ли это.
— И что ты теперь будешь делать?
— Расскажу тебе, как обряд посвящения проводить, вместе с тобой пойду первый раз, чтобы ты силу от камня приняла. И уеду поступать в мединститут. Хочу настоящим доктором стать, чтобы все по закону было, и к нам не нагрянули потом с проверкой разные комиссии. А ты, Стас, кем собираешься стать?
— Я? — Стас задумался, потому что до сих пор пока не решил. — Ландшафтным архитектором, наверно. Или экологом.
— Извините, но меня зовут Сильвия, вот тут на бейджике написано, — улыбнулась девушка, и ночь в ее глазах исчезла, отчего они сделались теплыми, внимательными и располагающими. — Если вам к ведьме, то вы ошиблись дверью: мадам Дрея ведет прием напротив, ее дверь справа от входа.
— А она что, и в самом деле ведьма? — хмуро поинтересовался Станислав Львович: горло у него уже отпустило, и дыхание восстановилось. Он понял, что действительно ошибся, только не с дверью, а с девушкой: и мимика ее, и сами черты ее лица оказались отнюдь не похожими на те, что хранились в его памяти.
— Нет, что вы! — засмеялась та. — Какая ведьма, откуда? Мадам Дрэя дипломированный терапевт, но считается знахаркой, потому что имеет лицензию на занятия народной медициной. Просто большинству людей этого мало, они хотят верить в чудо и потустороннюю силу, поэтому ей приходится облачаться в соответствующий антураж и совершать остальные ритуальные действия, повышающую у людей веру в ее якобы силу.
— Силу, в которую ты не веришь? — нахмурился Станислав Львович.
Ситуация нравилась ему все меньше — он-то сам не просто верил в «потустороннюю силу». Он знал о ее существовании и пришел сюда именно в надежде выпросить, вымолить у этой силы помощь, как это уже было один раз в его жизни, когда к этой силе воззвали его родители.
— Конечно же, не верю! — воскликнула девушка убежденно. — Я дипломированный юрист, и мы действуем исключительно разрешенными законом методами. Вот смотрите — я веду видеозапись нашей с вами беседы, сейчас явится наш главный специалист, она задаст вам дополнительные вопросы, и если ваша проблема в принципе решаема, то мы ее решим.
— Я лучше пойду, — отвечал Станислав Львович, вставая со стула. — Извините, что побеспокоил вас понапрасну.
Он не успел сделать и нескольких шагов, как раздавшийся в помещении голос заставил его вздрогнуть и притормозить. Голос был молодой и звонкий, но не в том было дело — просто он был знаком Станиславу Львовичу точно также как и глаза сидевшей за столом девушки. Знаком до боли, но вместе с болью он подавал надежду, что переступил порог конторы со странным названием «Под березой» он не напрасно.