Маст кивнул, встав на свою позицию, и Зарат подняла лук, отдавая команду отряду лучников. Стена стрел взмыла в воздух, а под ней ринулся в бой свирепый отряд. Гвардейцы стояли, выжидая, когда стрелы вонзятся в землю и только потом начали наступать. Дальности стрел едва хватило, чтоб они долетели до их ног. Смертники неслись вперёд, но белые стрелы прорезали их отряд. Конница вышла из леса следом, не обгоняя пеших воинов. Новые клинки жаждали крови врага.
– Так пусть мы погибнем, лишь бы победа была за кровью Эльта! – Медис, связавший темные волосы в хвост, был очень похож на Алора, многие в отрядах не смогли отличить его.
В ответ на его возглас раздался радостный боевой клич, ряды растянулись полосой, не давая окружить себя. Звон мечей, наконец, пронёсся над полем. Хруст костей был громче металла, рычание и крики боли смешались над врезавшейся толпой.
– Дистон, Хомт, пора, – Зарат отправив по одной стреле к отделившимся лучникам, она проговорила оговоренный план, – по мере продвижения конницы окружайте гвардию.
Она наблюдала, как мужчина и парень послушно опустили оружие, обходя стреляющих со спины. Лучники центральной группы самостоятельно разделились, меньшая группа осталась с Зарат, скрытая в деревьях. Девушка стреляла с седла, Маст нашёл для неё обученную к управлению без участия ног лошадь.
Маст ушёл чуть назад, чувствуя свою слабость. Гвардейцы смешались с мятежниками, конница полукругом охватила гвардию, стрелы попадали без разбора, сложно было в этой динамичной толпе выделить врага. Но с флангов лучники приближались все сильнее, беря точный прицел на противника. Лучники гвардии не мешкали, они отвлеклись от поля боя, Смертники не шли только за своим командиром – Хомтом, они уже потеряли ту сплоченность и скрытность, открылись остальным мятежникам. Девушка стреляла с седла, Маст нашёл для неё обученную к управлению без участия ног лошадь. Лук был ей в тягость, силы ещё не накопились, а тетива стала особенно тяжелой. Она замечала изменения в поведении Маста, понимая, что это залог удачной войны, но в глазах его была та же грубость и злость, что и в действиях.
Маст ушёл чуть назад, чувствуя свою слабость. Гвардейцы смешались с мятежниками, конница полукругом охватила гвардию, стрелы попадали без разбора, сложно было в этой динамичной толпе выделить врага. Но с флангов лучники приближались все сильнее, беря точный прицел на противника. Тактику боя гвардейцы не меняли, используя ту, что дал им отец Алора – Винис, на том и прокололись. Кольцо сжималось, живых оставалось все меньше. Солнце поднялось над головами, талая вода смешивалась с кровью и грязью, уходя в землю. Противный запах крови и пота повис над округой. Стрелы гвардии перестали лететь в толпу бойцов, они полетели в лучников мятежа. Смертники оголили клинки, вешая лук на колчаны – на спину.
– Уничтожим каждого! – Хомт ринулся вперед, держа клинок по низу. Часть лучников противника осталась в стороне, ими и занялись смертники, а тех, что оказались заперты в круге – атаковали пешие и конные мечники.
Зарат отвела лук в сторону Хомта, обстреливая врага перед ним, половина центрального фланга последовали её примеру. Мужчина громко рычал, гоня молодого коня вперед, но рык оборвался басистым криком. Он упал на землю, под ноги подчиненных. Мужчины оказались настоящими бойцами – не принимая потерю, они неслись вперед, наконец, снося головы и отрубая руки вражеским бойцам.
– Командир, вам пора, – Ант остановился отдышаться рядом с Алором, – пророк не передавала больше видений, значит нужно уходить.
– Найди Радира, – парень попятил коня к лучникам, оглядываясь, – отправишься с нами.
– Нет больше сил, – Маст поднял голову к небу, щурясь от солнца, – не могу, Свет, я больше не могу, – ноги подкосились и парень сел на колени.
– Должен, – эхом раздался голос в голове, – победа на вашей стороне, ты хочешь бросить все сейчас? Борись!
Парень шумно вдохнул, горло скребло от жажды, кровь местами пропитала одежду, что теперь противно прилипала к коже. Под ногами была не земля – множество тел. Кто-то ещё был жив, а кто-то лежал вдали от собственной головы. Парни и мужчины отдали свои души в этой мятежной войне. Маст никогда не чувствовал на себе столько вины, ведь все они погибли за него.
– Нет войны без жертв, – он вновь поднял меч, взглядом ища гвардейцев.
– Стрел больше нет, – Зарат убрала лук за спину, – нам пора вступить в ближний бой.
Лучники кивнули, повторяя за девушкой. Их мечи не обновили, надеясь, что холодное оружие и вовсе им не пригодится. Но старым клинкам нужно было идти в бой, сменять уставших воинов. Их было не больше шести десятков, но сил было ещё достаточно. Половина пеших, половина конных, они понеслись в глубину толпы, срубая врагов.
– Дура! – Маст встал на пути Зарат, приставляя меч к горлу её лошади, – я велел тебе оставаться вдали! – он был разъярен, куртка была покрыта брызгами и разводами крови, лицо было в грязи, но яркие глаза горели злобой.
