Девушка выдохнула и направилась к заснеженной беседке. Лавочки в ней были укрыты мехом и очищены от снега. Громко топнув ногами, она скинула с них снег и села, выпрямив спину. Маст встал перед ней, а затем опустился на колено, заглядывая в её глаза.
– Обижаешься, леди? – он слегка улыбнулся и наклонил голову, не отрывая взгляда от нее, – и я вижу, когда мне врут.
– Да, – она наклонилась к нему, – это мое желание, ни кого из воинов вы не отговаривали, не разворачивали, – Зарат выдохнула, понимая, что, наконец, выпустила пар, – я имею ту же цель, что все за вашими спинами.
– Но только ты – не они, – он вел на пол, поджав ноги под себя, – их я не видел нагими в луже собственной крови, с разодранной спиной и вскрытыми венами, они в моих руках не выли от боли, не дрожали и не сжимали рубашку в сильных от страха руках, они не вздрагивали и не вскрикивали от страха, когда я касался их, – он запнулся, опуская голову, – они крепкие мужчины.
Он озвучил ей почти все, что так долго крутилось в голове, что резало сердце, когда он видел ее раны, пока она безмятежно спала. К горлу снова подкатил ком, что мешал дышать, хотелось вырвать его руками, лишь бы не было так противно. Маст закрыл глаза, пытаясь выровнять дыхание, как вдруг ощутил слабое тепло на замерзшей щеке, на губах появлялась легкая улыбка.
– Я клянусь вам, что не полезу вперед, – Зарат спустилась на пол, присаживаясь рядом, – только научите меня защищать себя, – она сжала губы, переходя на шепот.
Маст кивнул, поднимая голову. Обхватив ее ладонь своей, он опустил её с щеки на грудь, к сердцу, а затем потянул к губам. Её щеки порозовели, а на губах была натянутая улыбка. Вспоминать тот день она давно перестала, как и день, когда видела своего спасителя в петле, но сейчас поняла, почему он сопротивляется.
– Приступим на следующей стоянке, – он осторожно прижал ее к себе, поглаживая спутанные волосы, – а сейчас – смывать грязь и спать. Твои покои готовы.
– Спасибо, Маст, – она расслабилась, прижимаясь плотнее к груди парня, – останься со мной, если можешь, после Хааса я боюсь оставаться в замках.
Широкая кровать с низким изголовьем была укрыта белым мехом, стены из камня – закрыты светлыми шторами, что свободно лежали на полу, прилегая к краям шкур, служащих здесь коврами. Маст сидел на постели, прижавшись спиной к стене. В голову начали приходить мысли о скорых битвах, нашло понимание, что уговорив Зарат идти позади, он лишит её защиты, но и взять с собой в первые ряды себе не позволит – Смерть наверняка найдет его и на третий раз точно заберет.
– Надо отправить тебя в обход, – он трепал в руках край мехового покрывала, – так будет лучше, – парень кивнул самому себе и обернулся на скрип хлипкой двери.
Держа в руках подсвечник, в комнату вошла Зарат, прикрываясь белой простыней. Влажные волосы лежали аккуратными волнами, а бледная кожа светилась не от пламени свеч, а будто изнутри.
– Пора отдыхать, леди, времени осталось мало, – он улыбнулся, двигаясь и откидывая покрывало с того места где сидел.
Девушка молча откинула пушистое одеяло с края постели и, скинув на пол простынь, быстро легла. Мягкий матрас моментально расслабил её, а воздушное одеяло на плечах было чуть прохладным, но очень приятным. Она прикрыла глаза и улыбнулась, поворачиваясь к Масту, а парень положил руку ей на плечо, смотря на пламя в камине. Треск огня в тишине и слабый теплый свет успокаивали его, а тихое сопение девушки под боком усыпляло. До выхода осталось три часа.
– Мы выйдем раньше, – Радир вышел перед своим небольшим отрядом, – разведаем обстановку и, если нужно, прочистим путь. На пути нас встретят пять сотен добровольцев из Порта Ят, крепость закрыта в глухой обороне гвардией, – он оседлал своего коня, дожидаясь остальных, – гвардия уже знает о том, что мы в Ремарате, мы нашли одного из разведчиков короля. Дальше просто не будет.
– Радир, – Добра подвела свою лошадь и остановилась в стороне, – в твоем отряде есть раненый, за ним нужно наблюдение и, возможно, некоторые отвары, – она закинула тяжелую сумку на спину своей лошади.
Парень промолчал, вздохнув. Отговаривать её бесполезно, теперь лишь нужно выделять время и на наблюдение за ней. Радир принял решение не прятать эмоции и чувства, но сейчас, ведя отряд в неизвестность, он меньше всего хотел брать её с собой и объяснять ей – почему.
– В стенах крепости почти две сотни гвардейцев, – Маст свернул листок, что принес на лапе сокол, – каковы ее укрепления?
– С равнины к ней не подступить, – Алор задумался, спускаясь с коня, – а вот с гор наступить проще. Только с башен большой обзор, нужно убрать дозорных.
– В их тыл нам не пробраться? – Медис перекинул в руках топорик.
– Нет, – Алор прикрыл глаза, – у крепости одни ворота. У стен пустыня. На то она и крепость, более сильных укреплений на равнине нет.
– И каков был ее смысл в самом центре страны, – будто у самого себя спросил Маст.
– Она была оборонной при первых мятежах, еще до Эльта, – тихо ответил Алор.
