Емкость образного мышления писатель демонстрирует постоянно. Лишь один пример. Чтобы Показать разъединение народа и образованных слоев, их непонимание друг друга, можно написать том научных сочинений. Понятийное мышление многословно. А можно все это выразить очень кратко. Поставить Раскольникова: в трагический момент его жизни на колени перед народом и позволить одному из представителей народа на это отреагировать: «Ишь нахлестался». Кратко, но емко.
Эстетическая деятельность Достоевского, выразившаяся во многих томах художественных и теоретических произведений, показывает силу искусства и его способность отразить вечное, без понимания которого не прочно ни временное, ни текущее. Ибо только при правильном понимании связи текущего, временного и вечного возможна оптимальная человеческая деятельность, в какой бы области она ни осуществлялась. Это не каждым человеком понимается на уровне сознания, но каждым ощущается на уровне бессознательном.
Размышляя о статуе богини как произведении искусства, Достоевский писал: «Но богиня не воскреснет и ей не надо воскресать, ей не надо жить; она уже дошла до высочайшего момента жизни; она уже в вечности, для нее время остановилось; это высший момент жизни, после которого она прекращается, — настает олимпийское спокойствие. Бесконечно только одно будущее, вечно зовущее, вечно новое, и там тоже есть свой высший момент, которого нужно искать и вечно искать, и это вечное искание и называется жизнью..» [1895, 9, 79]. Здесь отражена суть жизни и место искусства в жизни — выражение ценностей вечного. Достоевский выступает как певец вечности, певец того высшего, что может увидеть только художник. В текущем он видит отблески вечного, в вечном — текущее.
Роман Достоевского с полным основанием можно назвать философским романом, ибо в нем автор поднимается до вершин вечного, такого вечного, как смысл жизни. Этот роман обнаруживает у автора наличие мировоззрения как высшей формы постижения миропорядка. Мировоззрения, не претерпевшего каких-то резких переломов. В течение всего периода жизни.
В философии Достоевского есть, конечно, и спорное. Но судья этому — вечность, а не какое-то конкретное время. Только ей, при подведении окончательных итогов жизни человека, принадлежит право окончательного приговора.
Приступая к исследованию творчества, а на его основе и мировоззрения Достоевского, я замечал, что у писателя, как художника высшего класса, были свои особенности. Главная «из них (на нее-то я и хотел обратить внимание всем ходом своей работы) — многокруговость. Почти каждое произведение Достоевского включает в себя три круга: событийное, временное, вечное. Каждый из этих кругов отражает проблемы текущие, социаль: ные, философские. Совокупность проблем, в трех кругах проявившихся, дает нам «сумму» Достоевского, его мировоззрение целостное, неделимое, в сути своей не менявшееся.
Рассмотрение всех трех кругов творчества убеждает меня в неправильности широко распространенной мысли о коренных изменениях в мировоззрении Достоевского, расколовших его творчество на два периода. И если я в данной работе выделил параграфы по периодам, то только лишь потому, что не хотел делать вывода до исследования. А кроме того, в заголовках параграфов выделены не два периода творчества, а три периода жизни писателя. Что совсем не одно и то же.
Эволюция Достоевского происходила не от прогрессивности мировоззрении к реакционности в нем. Это просто была эволюция углубления в свое и чужое время. Эволюция от бытописательства к философичности. Это как общая тенденция. Ибо философичен был уже «Двойник». Но период творчества был один: от первого и до последнего произведения. Отождествлять же периоды жизни с периодами творчества можно лишь при вульгарном понимании связи сознания человека с его бытием, связи, отрицающей всякую самостоятельность сознания.
