Власть миссионеров ограничивается одними духовными занятиями, в состав коих входит изъяснение Священного Писания и обучение островитян грамоте. Под надзором самого г. Нотта печатают учебные книжки, а бумагу и чернила вышеупомянутое общество присылает без всякой платы. С некоторого только времени островитяне согласились жертвовать кокосовым маслом до 100 пудов в год, которое отсылается в Англию. Что касается миссионеров, живущих на сих островах, они совершенно чужды корыстолюбия. Щедрая природа питает их своими произведениями, а одеждою снабжает доброхотное подаяние европейцев, приходящих к острову Отаити.
Самые дома, в которых живут миссионеры, отличаются от простонародных одними только окошками, но хозяйственная часть у них в лучшем состоянии; кроме свиней и кур, коими богаты все островитяне, каждый миссионер имеет известное количество коров, овец и коз, а островитяне вовсе не стараются их разводить; у немногих только случалось мне видеть уток и коз, и то в малом числе.
У молодого Помаре, короля отаитского, приятное и умное лицо; он имеет при себе 30 человек оруженосцев, которые, составляя гвардию, не отлучаются от него и содержат ночной караул у его шалаша. Ни у одного островитянина не видал я никакого оружия, и самое употребление оного, как мне кажется, вовсе забыто. Найденные капитаном Куком в Опаре более 300 вооруженных, в порядке устроенных лодок, а на берегу значительное число воинов, готовых сесть на оные, уже не существуют. Счастливые отаитяне довольствуются малым. Война и раздоры, кажется, им вовсе неизвестны и даже несвойственны.
По окончании дневных занятий мы ходили по окрестностям Матавайского залива, где величественные кокосовые деревья и приятность вечернего воздуха неприметно заманивали нас в прохладительные пальмовые рощи; пение разных птиц при заходящем солнце пленяло слух наш, а стройные и приветливые отаитянки, прогуливающиеся в легкой одежде, приглашали взоры воздержных мореплавателей.
Чувствуя усталость, мы обыкновенно удалялись в шалаши добрых отаитян, живописно раскинутые при ручьях прозрачных вод, в коих, освежась купаньем, мы неоднократно были угощаемы сладким питьем кокоса, хлебным плодом, а иногда и жаренным на каменьях поросенком. Проворство, с каковым островитяне доставали кокосовый орех, нас удивляло и вместе приводило в стыд, ибо все употребляемые нами средства к достижению вершины сего высокого и гладкого дерева оставались безуспешны, между тем как островитяне, перевязав себе ноги лыком, со всею легкостью обезьяны прыгали по дереву и, через несколько скачков достигши самой верхушки, срывали нужное число плода; таким же образом спускались с дерева. В сорванном за несколько времени до употребления кокосе много переменяется вкус, и должно признаться, что без пособия островитян европеец не знал бы приятности сего нектара.
Оканчивая собственное описание сих мест, прилагаю следующие замечания г. Огиевского.
«Высокие горы, составляющие внутренность острова Отаити, будучи со всех сторон окружены постепенно возвышающимися холмами, теряют исполинский вид свой и в то же время представляют бесконечный лабиринт неподражаемой природы; берега большею частью склоняются к морю отлогостью холмов и разными долинами, покрытые кокосовыми рощами и пресекаемы прозрачными ручьями, при коих разбросаны в приятном беспорядке жилища островитян, сии долины представляют вид очаровательный! С одной только юго-восточной стороны мили на две берег довольно крут и даже отвесист, оканчивается высокою вершиною, и от сей горы начинается обширный мыс Матавая, образующий губу, весьма удобную для корабельной пристани,
Первые шаги наши по выходе на берег направлены были туда, где возвышался великолепный, но простой и от других строений едва отличный храм, в котором по случаю праздничного дня собрались все жители сего округа. Нам надлежало переходить протекающую близь храма речку; она не остановила нашего стремления. Ревностные слушатели слова Божия, приметя наше приближение, вы-шли навстречу и перенесли нас на плечах, не взяв за труды ни малейшей платы. Миссионер, в то же время окончивший поучение, встретил нас у крыльца и приветствовал с благополучным прибытием, которое, по словам его, островитяне почитают знамением великой милости Божьей. Для описания архитектуры сего дома моления не требуется ни большего искусства, ни великих познаний, ибо построен весьма просто, имеет вид шестиугольника и состоит из деревянных столбов и стропил, покрытых особого рода рогожами из пальмовых листьев; кровля от земли на 10 футов, стороны искусно забраны бамбуком, выштукатуренным снаружи известью, что составляет настоящие стены; большие окна, закрываемые дощатыми ставнями, придают сему зданию вид правильный и в своем роде красивый.
