В сентябре Карл вместе со своим братом герцогом Йоркским отплыл на Джерси, однако его планы высадиться в Ирландии были расстроены прибытием туда Кромвеля.
-Я умоляю тебя, - написала Генриетта Мария сестре, имея в виду посланника, отправленного из Джерси в Савойю, - скажи ему, что ты хочешь сообщить мне, что он хочет сказать, прежде чем давать какой-либо ответ. Вы меня этим чрезвычайно обяжете, хотя Вам должно быть покажется это немного странным, но я ничего не знаю о его поручении.
Хотя Карл II не слишком охотно информировал мать о своих делах, она продолжала трудиться ради него. В частности, написала Монтрозу, убеждая его «объединиться со всеми мужчинами Вашей страны, которые питают несправедливое негодование против этого убийства и забыть все прежние разногласия».
В январе 1650 года Анна Австрийская решилась на смелый шаг и арестовала принца Конде, одного из лидеров Фронды. Тяжёлое положение французского двора отразилось и на положении финансов Генриетты Марии, которая, по её словам, вынуждена была жить «как бедная мадемуазель» на 60 000 франков в год, выделяемых ей королевой-регентшей.
-Но я так привыкла к страданиям, - писала она одной из монахинь-кармелиток, - таким великим и непоправимым, что это ничто.
В феврале Карл решил вернуться в Голландию, чтобы посоветоваться с шотладскими эмиссарами, которые заставили его подписать Пакт с требованиями искоренения папизма во всех своих владениях. Результатом чего стало негодующее письмо Генриетты Марии, в котором она сообщала, что, хотя никогда не перестанет любить сына, больше не будет ему давать политических советов. Своим же друзьям в монастыре она со слезами рассказывала о его «снисходительности к шотландцам», добавив, что он отрёкся от своей веры, занялся преследованием её религии и, таким образом, не только разозлил католических князей, но и лишил её возможности служить ему.
-Многие полагают, что именно Ваше Величество несёт ответственность за нынешнее соглашение Его Величества с шотландцами, - смело заметила леди Бойл.
Однако Генриетта Мария яростно отвергла это обвинение:
-Не дай Бог, чтобы я приложила руку к тому, чтобы убедить его пожертвовать своей честью и совестью!
В конце мая Карл отплыл в Шотландию на фрегате, предоставленном принцем Оранским под командованием молодого Ван Тромпа.
Тем временем беспорядки во Франции продолжались. Если они лишили Генриетту Марию части её доходов, вполне возможно, что её племянника они могли лишить короны.
-Что касается меня, - писала вдова всё той же монахине в августе, - то я видела начало в Англии, во многом похожее на это, и Вы можете судить, в какой я беде. Я надеюсь, что Бог позаботится о бедном маленьком короле.
Однако дела у её собственного сына складывались не лучше. В сентябре 1650 года шотландская армия потерпела поражение в битве при Данбаре от гораздо меньших сил под командованием Оливера Кромвеля. Вскоре до Лондона и Парижа дошли слухи, что Карл II болен или умер.
Генриетта Мария, терзаемая тревогой и не имевшая других забот, как следить за своим беспокойным младшим сыном, направила свою энергию в другое русло. Она решила вступить в женский орден Посещения св. Марией св. Елизаветы, основанный для женщин благородного происхождения, желавших посвятить себя религии без суровой аскезы.
-Не претендуя на то, чтобы быть монахиней, - утверждала госпожа де Мотвиль, - она была таковой в высшей степени.
Возможно, тут сыграло роль то обстоятельство, что во время бракосочетания Кристины Французской одна из монахинь ордена предсказала Генриетте Марии более славную судьбу, чем у её сестры. Вдову представила общине госпожа де Мотвиль, младшая сестра которой поступила туда послушницей. На улицах Сен-Жак и Сен-Антуана в Париже были дома-монастыри, принадлежавшие ордену Посещения. Генриетта Мария решила основать третий. Правда, её доходы не позволяли ей сделть это, зато она заручилась поддержкой престарелой монахини Люлье из общины на улице Сен-Антуан.
Разъезжая в своей карете по Парижу, вдова наткнулась в деревушке Шайо, расположенной в предместье столицы, на заброшенный дом покойного маршала Бессомпьера, который когда-то приезжал в Англию мирить её с мужем. Он стоял на высоком холме, в то время как его сады спускались к Сене. Наследники маршала просили за него 16 000 пистолей, которых, конечно, у Генриетты Марии не было. Но тут на помощь пришла матушка Люлье, обратившаяся ко всем своим влиятельным знакомым. В конце концов, деньги были найдены. Против выступил архиепископ Парижа, которому когда-то не позволили провести церемонию бракосочетания Генриетты Марии. Он указал на то, что у ордена Посещения и так достаточно домов. Его уговорила Анна Австрийская, поддержавшая золовку. Регентша также порекомендовала нанять для строительства часовни знаменитого архитектора Мансара.
