Оберштурмфюрер Гельмут фон Дитрих стволом пистолета толкнул Мюллера в спину.
«Черт возьми, придется стрелять обоих», — подумал он, входя вслед за братьями в комнату.
— Не успели, — не опуская руки, шепнул Мюллер Йозефу Брандту. — Прощай, брат…
— Молчать! — рявкнул оберштурмфюрер.
Он поднял пистолет, намереваясь выстрелить Брандту в затылок, но услышал шаги в прихожей, прыгнул в сторону и встал так, чтобы держать под прицелом и дверь, и братьев.
В комнату быстро вошел человек в офицерской накидке. Увидев его, Гельмут изумленно поднял брови, рука с пистолетом опустилась вниз. Он открыл рот, но произнести не успел ни слова.
Оберштурмфюрер так и умер изумленным и с открытым ртом.
Стоявшие лицом к стене Курт Мюллер и Йозеф Брандт услыхали выстрелы и решили, что, наверное, уже умерли, но смерть почему-то не приходила.
Потом они услышали голос, другой голос:
— Надо его убрать. Помогите.
Они повернулись и увидели второго офицера, который засовывал пистолет в кобуру, и труп эсэсовца, который пришел в этот дом первым.
— Кто из вас Йозеф Брандт?
— Это я, — выступил вперед старый механик.
— Ваши документы.
Офицер взял в руки, посмотрел и засунул в карман.
— Выходите из дома и идите по направлению к соседней площади. Там будет ждать вас «опель-кадет». Подойдите к водителю машины и назовите свое имя. Он доставит вас в безопасное место. Поторопитесь.
Йозеф Брандт пожал руку Мюллеру, покосился на труп оберштурмфюрера и вышел.
— Вы Курт Мюллер? — спросил человек в офицерской накидке. — Останьтесь. Мне нужна ваша помощь.
Ночью Кенигсберг усиленно бомбила советская авиация.
Утром оберштурмбанфюреру Вильгельму Хорсту доложили, что в районе Понарта обнаружен труп оберштурмфюрера Гельмута фон Дитриха. Судя по всему, оберштурмфюрер погиб от разрыва бомбы.
Хорст выехал на место происшествия, по дороге бросил машину, в сопровождении автоматчиков добрался до места пешком по тому же маршруту, где накануне шел его помощник.
Труп Гельмута лежал там же, где его обнаружили. Хорст откинул покрывало, долго смотрел в почерневшее лицо оберштурмфюрера, отвернулся и принял от стоявшего рядом гауптмана пакет с бумагами покойного.
Среди документов оберштурмфюрера Вильгельм Хорст обнаружил удостоверение на имя рядового батальона фольксштурма Йозефа Брандта. Хорст внимательно посмотрел удостоверение, сунул обратно в пакет с документами и положил его в карман шинели.
— Он выполнил свой долг, этот доблестный воин фюрера, — громко сказал оберштурмбанфюрер и осторожно закрыл покрывалом черное лицо Гельмута фон Дитриха.
Юркий «опель-кадет» нырнул в узкий переулок, заехал на тротуар, обогнул обломки упавшей стены и остановился у подъезда уцелевшего дома.
Дверца машины открылась, и сидевший рядом с водителем пожилой человек торопливо вошел в подъезд.
«Опель-кадет» развернулся, снова его колеса въехали на тротуар. Виляя из стороны в сторону, машина медленно приближалась к центру города. Несколько раз водителя останавливали эсэсовские патрули, но пропуск, подписанный самим обергруппенфюрером СС Гансом-Иоганном Беме, открывал «опель-кадету» дорогу.
Если бы кто-нибудь следил за маршрутом этой машины, то увидел бы, как на Генераллиманштрассе она остановилась. На переднее сиденье сел человек в офицерской накидке. Водитель передал ему клочок бумаги, на котором значились какие-то цифры. Офицер внимательно просмотрел бумагу, отвел в сторону глаза, снова глянул на листок. Чиркнул зажигалкой и поджег бумагу. Пепел упал на пол машины. Она двигалась теперь по Моцартштрассе.
Здесь майор Вернер фон Шлиден, а это был он, вылез из машины, а «опель-кадет» через некоторое время мчался теперь вдоль берега реки Прегель в сторону Иудиттена.
До поворота направо оставалось несколько десятков метров. Но где-то уже решилась судьба водителя «опель-кадета». Тяжелый снаряд покинул ствол крупнокалиберного орудия и, ввинчиваясь в воздух, со страшной скоростью сокращал расстояние и время, оставленное водителю для этого мира.
Снаряд упал впереди, немного правее. Машину подбросило в воздух, но, словно кошка, она вернулась на землю всеми четырьмя колесами и продолжала бежать по дороге.
Водитель был мертв. Осколок убил его, поразив в переносицу. Водитель был мертв, руки его лежали на штурвале, и машина по-прежнему бежала по дороге.
Труп стал медленно клониться влево. Правая рука соскользнула вниз, а другая, намертво зажавшая штурвал, проворачивала его.
Тело водителя привалилось к дверце кабины. Двигатель гнал машину вперед, а колеса уже повернули налево.
«Опель-кадет» выехал на бровку набережной Прегеля, мгновение помедлил, словно принимая последнее решение, накренился, когда соскользнули передние колеса, и медленно упал в воду.
Разрыв второго снаряда заглушил всплеск.
Так погиб резидент советской разведки в Кенигсберге, бакалейщик Вольфганг Фишер по кличке Слесарь.
От Советского Информбюро.