| By an involuntary movement and in spite of the injunction given, d'Artagnan put his horse into a gallop, and in a few strides overtook the carriage; but the window was hermetically closed, the vision had disappeared. | Вопреки полученному предупреждению, д'Артаньян невольным движением пустил лошадь в галоп и в несколько секунд догнал карету, но окно было уже плотно завешено. Видение исчезло. |
| D'Artagnan then remembered the injunction: "If you value your own life or that of those who love you, remain motionless, and as if you had seen nothing." | Тут только д'Артаньян вспомнил предостережение: "...если вы дорожите вашей жизнью и жизнью людей, которые вас любят... не делайте ни одного движения и притворитесь, что ничего не видели". |
| He stopped, therefore, trembling not for himself but for the poor woman who had evidently exposed herself to great danger by appointing this rendezvous. | Он остановился, трепеща не за себя, а за бедную женщину: очевидно, назначая ему это свидание, она подвергала себя большой опасности. |
| The carriage pursued its way, still going at a great pace, till it dashed into Paris, and disappeared. | Карета продолжала все с той же быстротой нестись вперед; потом она влетела в Париж и скрылась. |
| D'Artagnan remained fixed to the spot, astounded and not knowing what to think. | Д'Артаньян застыл на месте, ошеломленный, не зная, что думать. |
| If it was Mme. Bonacieux and if she was returning to Paris, why this fugitive rendezvous, why this simple exchange of a glance, why this lost kiss? | Если это была г-жа Бонасье и если она возвращалась в Париж, то к чему это мимолетное свидание, этот беглый обмен взглядов, этот незаметный поцелуй? |
| If, on the other side, it was not she-which was still quite possible-for the little light that remained rendered a mistake easy-might it not be the commencement of some plot against him through the allurement of this woman, for whom his love was known? | Если же это была не она - что тоже было вполне вероятно, ибо в полумраке легко ошибиться, -если это была не она, то не являлось ли все это началом подстроенной против него интриги и не воспользовались ли его враги в качестве приманки женщиной, любви к которой он ни от кого не скрывал? |
| His three companions joined him. | К д'Артаньяну подъехали его спутники. |
| All had plainly seen a woman's head appear at the window, but none of them, except Athos, knew Mme. Bonacieux. | Все трое отлично видели, как из окна кареты выглянула женская головка, но, за исключением Атоса, никто из них не знал в лицо г-жу Бонасье. |
| The opinion of Athos was that it was indeed she; but less preoccupied by that pretty face than d'Artagnan, he had fancied he saw a second head, a man's head, inside the carriage. | По мнению Атоса, это была именно она, но он не так внимательно, как д'Артаньян, вглядывался в это хорошенькое личико, а потому заметил в глубине кареты и вторую голову - голову мужчины. |
| "If that be the case," said d'Artagnan, "they are doubtless transporting her from one prison to another. | - Если это так, - сказал д'Артаньян, - то, по-видимому, они перевозят ее из одной тюрьмы в другую. |
| But what can they intend to do with the poor creature, and how shall I ever meet her again?" | Но что же они собираются сделать с этой бедняжкой? И встречусь ли я с нею когда-нибудь? |
| "Friend," said Athos, gravely, "remember that it is the dead alone with whom we are not likely to meet again on this earth. | - Друг, - серьезно проговорил Атос, - помните, что только с мертвыми нельзя встретиться здесь, на земле. |
| You know something of that, as well as I do, I think. | Мы с вами кое-что знаем об этом, не так ли? |
