Утром, еще в полусне она услышала топот копыт. На поляну лихо вылетели двое всадников, Джербен и Сергей, верхом на поджарых гнедых конях. Коммандер держался в седле как влитой, его спутник изо всех сил старался ему подражать. При виде девушки, неловко вылезающей из кабины, на лицах обоих отразилось огромное облегчение.
— Жива! — физиономия Сергея расплылась в широкой счастливой улыбке. — Ну и напугала ты нас! Я вчера хотел в лес бежать, так Драгон не пустил, сказал, лорд сам разберется.
— Пришлось запереть этого героя в комнате, — добавил коммандер со смесью насмешки и одобрения в голосе.
Интересно, кто был тот серый волчище, бродивший по поляне, — подумала Гвен. — Неужели сам лорд Шипске?!
— Не понимаю, что случилось с флайером, — пожаловалась она.
— Скорее всего, защитные чары, — ответил Джербен. — Госпожа Тильда очень настороженно относится к незваным гостям, тем более, владеющим волшебством.
По его насупленным бровям Гвендолин видела, что он зол на нее за эту опрометчивую выходку и вместе с тем рад, что обошлось без серьезных последствий. Она неловко извинилась.
— Да уж, лорду ты доставила хлопот, — хмыкнул коммандер. — Ладно, не переживай, я сам с ним сегодня поговорил. Нам необязательно возвращаться в замок.
— Значит, расследование закончено? — встрепенулась Гвен.
— Я еще вчера убедился, что вольфстадцы не имеют отношения к происходящему во Фрисдаме. У Шипске сейчас хватает своих забот. Любому вожаку постоянно приходится отбиваться от желающих проверить его власть на прочность. Но в этот раз соперники Шипске зашли слишком далеко: они похитили из замка старинную реликвию — шкуру Белого волка. Такого оскорбления лорд им не простит.
— Что? Какую шкуру? — хором удивились Сергей с Гвендолин.
— Это еще одна старая легенда. Белый Волк — то ли легендарный прародитель вольфстадцев, то ли их тотем, не знаю точно. Когда ему пришло время уходить, он оставил шкуру своему преемнику, назначив того главным вожаком. С тех пор повелось, что оборотень, владеющий этим амулетом, считается верховным вождем и пользуется благоволением легендарного предка.
— В общем, этакое Золотое руно, только волчье, — блеснул интеллектом Сергей.
Гвендолин попыталась представить себе волка, невозмутимо стягивающего шубу с костей, чтобы подарить ее потомкам, и ей стало не по себе. Да уж, местные легенды были исполнены драматизма! Оставалось надеяться, что история со шкурой имела чисто метафорический смысл.
— Если какие-то злопыхатели смогли спереть шкуру прямо из замка, значит, среди людей Шипске есть предатель! — сообразил Сергей.
— Поэтому там все такие нервные, — подтвердил Джербен. — В общем, нашему лорду сейчас не до фрисдамских проблем. Мне сейчас нужно кое с кем встретиться. А вы все-таки наведайтесь к Тильде. Вдруг она сообщит что-то интересное по нашему делу, — в голосе коммандера слышался неприкрытый скептицизм.
Он пообещал встретить их через три часа в Вольфстаде, в «Белом клыке», дал шпоры коню и умчался, оставив ребят на тропе посреди леса.
— Влезай сюда, Гвен! — позвал Сергей, протянув девушке руку. Однако, как только сдерживающий фактор в лице Джербена скрылся за поворотом, конь под Сергеем тут же продемонстрировал свой дурной характер. Он нервно переступил ногами, замотал головой и протестующе всхрапнул.
— Кажется, он не хочет нести двоих всадников, — неуверенно возразила Гвендолин.
— Что за упрямая скотина, — пропыхтел Сергей, пытаясь призвать коня к порядку. Тот ехидно взоржал и наподдал задом.
Когда Гвендолин помогла своему другу выбраться из кустов, он уже почти успокоился и только погрозил коню кулаком.
— Ну и черт с тобой! Может, оставим его здесь волкам в подарок, а?
Хитрое животное не горело желанием оставаться в лесу в одиночестве и тихонечко потрусило следом. Взяв его за повод, Сергей с Гвендолин пошли вперед.
Спустя десять-двадцать коварных подножек и резких поворотов, капризная тропа действительно привела их к аккуратному глинобитному домику под соломенной крышей. Дом приютился у старой ветлы на берегу ручья, невидимо журчавшего в тарве, и больше всего был похож на чудовищный гриб-переросток. На вид он казался совсем ветхим, но Гвен по опыту знала, что такое сооружение может простоять не один десяток лет, притворяясь развалюхой. Его крышу не мешало бы перебрать, зато наличники и дверь были аккуратно покрашены, а цветы в горшках рядом с крыльцом заботливо политы. Из открытого окна доносилось приятное незатейливое пение. Сразу было ясно, что невидимая хозяйка не старается произвести впечатление, а так, напевает себе под нос.
— Значит, она там одна и в хорошем настроении, — шепнула Гвен. — Это обнадеживает.
— Ты осторожней, — так же тихо ответил Сергей. — Может она того… путников заманивает.
— Она же ведьма, а не сирена, о, знаток мифологии, — ответила Гвендолин и постучала в ветхую дверь.
На крыльцо выглянула девушка, совсем юная, розовощекая, с рыжими кудрями, небрежно сколотыми на затылке. Одета она была в такое же простое суконное платье, как у Гвен, поверх которого был повязан чистый белый передник.
