Вместо электрической голубизны с лица Василия здесь, на крыше дома, плавно сползло блаженство. Он вернулся из грез всем своим призрачным существом, погрустнел и, обернувшись на приятелей, которые всё еще возмущенно перемалывали в мозгах его последнюю реплику, сказал отрывисто: – Не… не получится с сексом… Ну, вам-то точно не понравится!
