Три секрета под одной крышей полностью

Не дождавшись ответа, миссис Толли вздохнула и покачала головой:

– Как я понимаю, рассказывать вы не хотите. Потому что боитесь, что я выясню, кто вы такие и откуда сбежали, и верну вас обратно.

Молли кивнула.

– А почему у вас не поселили эвакуированных детей? – спросила она. – Врач говорил, что к вам даже не обращались. Потому что у вас будет малыш? – Молли смутилась и покраснела. О таких вещах обычно не спрашивают, тем более у незнакомых людей. О таких вещах матери говорят шёпотом, выгнав детей из комнаты. Но это важно. Ей надо знать. Эта миссис Толли какая-то странная, и дом у неё тоже странный. Джон и Роуз достаточно натерпелись, когда жили у Кемпов. Нельзя, чтобы Роуз опять обижали, и особенно теперь, когда её брат сильно ранен. Молли должна заботиться о них обоих. И о Берти тоже.

Миссис Толли судорожно сглотнула, открыла рот, словно хотела что-то ответить, потом снова сглотнула и наконец медленно проговорила:

– Да… У меня будет маленький. Мой муж сейчас в армии, в тренировочном лагере. Я не очень хорошо себя чувствую, и миссис Теннант, жена викария – она у нас ведает распределением эвакуированных, – сказала, что мой дом не внесли в список на подселение. Не знаю, как у неё получилось.

– Как только лекарство подействует, мы уйдём, – сказал Джон, попытавшись сесть на диване.

– И у меня есть два шиллинга, – добавила Молли. – Я вам их оставлю как плату для доктора.

– Можете остаться здесь. Если хотите. – Миссис Толли искоса взглянула на них и уставилась в пол. – На самом деле мне очень хотелось, чтобы у меня поселили детишек из Лондона. Одной совсем грустно.

– Но… Разве вам не надо знать, кто мы такие? У вас не будет неприятностей, если ты тут останемся? – с подозрением спросила Молли.

Как-то всё это странно. Странно и непонятно.

– С чего бы вдруг быть неприятностям? – Миссис Толли вздохнула. – Может, нам и вовсе придётся бежать от немцев. Каждый раз, когда я бываю в деревне, все в один голос твердят, что немцы готовятся захватить Англию. Никто не знает, что будет завтра.

Они узнали всю правду только через два дня. Филлис, девушка, помогавшая миссис Толли по хозяйству, рассказала всё Молли и Роуз, когда они помогали ей мыть посуду. К тому времени платья обеих девочек были выстираны и аккуратно заштопаны, а Джону миссис Толли сказала, что его рубашку и шорты уже ничто не спасёт, и отдала ему старую детскую одежду своего брата. Свитер Джона она распустила и пообещала связать новый, по возможности похожий на прежний. Одежду надо беречь, заметила она. И одежду, и пряжу, и ткани. Скоро их будет совсем не достать. Теперь все трое выглядели вполне презентабельно, как, наверное, и должны выглядеть городские племянники, отправленные в Марш-Энд лондонской кузиной миссис Толли, хотя Филлис пришла в ужас, когда узнала, как мало вещей они взяли с собой, и засыпала Молли вопросами об их предполагаемой матери, явно считая её нерадивой родительницей.

– Как же так можно… всего одно платье для Роуз! О чём она думала?!

– Она собирала нас в спешке. Мы не должны были никуда ехать, а потом она поговорила с соседкой и передумала, – пробормотала Молли, отчаянно пытаясь вспомнить, что именно они с Джоном и Роуз – и миссис Толли – уже рассказали жителям деревни, проявляющим к ним интерес. Было очень непросто запомнить все выдуманные подробности. Молли оказалась тысячу раз права, когда решила сказать девочкам в поезде правду. Говорить правду намного проще. – Но она знает, что тётя Люси хорошо шьёт – и уж точно сошьёт Роуз платье.

Роуз радостно заулыбалась. Миссис Толли нашла в шкафу отрез ситца с красивым цветочным узором и уже почти закончила шить для неё новое платье. И ещё миссис Толли отдала в починку башмаки Молли. Джон сказал, что им повезло, всем троим. Они упали на лапы. Роуз рассмеялась, указав пальчиком на его забинтованную ногу. Джон сделал вид, что хочет её шлёпнуть, а она отбежала подальше и показала ему язык. Но Джон прав: миссис Толли, какой бы печальной и странной она ни казалась, была очень доброй и терпеливой. И очень вкусно готовила. Даже Берти был всячески обихожен, выкупан и расчёсан. Его шёрстка буквально блестела.

– Это правда, – согласно кивнула Филлис. – Бедная миссис Толли. Она всегда так хорошо одевалась. Была самой модной в деревне. Выписывала журналы с картинками. И сама шила наряды – даже лучше, чем в тех журналах.

Молли растерянно заморгала. Миссис Толли обычно ходила в твидовой юбке и мягком вязаном джемпере. Очень хорошего качества, да. Но назвать её наряд особенно модным…

– Она теперь одевается скромно, потому что ждёт маленького? – спросила Молли.

Филлис удивлённо обернулась к ней:

– Ты не знаешь? Хотя да… Откуда тебе знать. – Она прямо вся просияла от мысли, что у неё появилась возможность рассказать что-то такое, что знает она, а другие не знают. Молли подумала, что Филлис наверняка та ещё сплетница. – Её муж…

– Питер, – кивнула Молли. – Он сейчас в армии. В тренировочном лагере.