Сиротский приют переезжает из Лондона в старинное поместье Мисселтвейт. Эмма очень скучает по своей кошке, и ей совсем не нравится в громадном старом доме. Правда, вскоре Эмме начинают открываться его тайны. Она узнаёт о мальчике, который плачет по ночам, находит дневник девочки по имени Мэри, а ещё – сад. Очень таинственный сад…
Holly Webb
RETURN TO THE SECRET GARDEN
Copyright © Holly Webb, 2015
Cover artwork by Sara Gianassi
Cover artwork © Sourcebooks, 2015
The right of Holly Webb to be identified as the author
of this work has been asserted by her
All rights reserved
© Тихонова А., перевод на русский язык, 2020
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020
Цепочка детей тянулась по улице, и почти никто из них не оглядывался назад. На то не было нужды: позади ничего не осталось. Все свои скромные пожитки они несли с собой – одежду, бесформенные и потрёпанные мягкие игрушки. Каждый держал по бумажному свёртку и противогазу. А больше у них ничего и не было.
Эмми шла медленно, то и дело оглядываясь, и Артур подтолкнул её в спину, чтобы она не отставала от других. Эмми тут же пнула его в ответ и пошла спиной вперёд, вглядываясь в дорогу.
Люси она не увидела. Конечно, глупо было ожидать, что кошка выйдет её проводить. Люси вообще редко выходила на улицу. Она боялась громких звуков и чужих людей. И всё же Эмми искала взглядом маленькую чёрную кошку, надеясь, что та выглянет из-за угла высокого здания. «Наверное, Люси сбежала на задний двор», – с грустью подумала Эмми и снова пнула Артура, потому что он нагло ухмылялся и раздражал её.
– Эммелин Хаттон!
Эмми тяжело вздохнула и развернулась. Разумеется, мисс Ласкоув не заметила, как Артур её толкнул. Она никогда не замечала.
– Я, мисс? – невинно уточнила девочка, притворившись, будто не понимает, что сделала не так.
Смотрительница нахмурилась:
– Нет, другая Эммелин Хаттон. Конечно ты, кто же ещё! Невоспитанная девчонка, тебе не стыдно вот так пинаться?!
– Артур меня толкнул, – начала было объяснять Эмми, но мисс Ласкоув не стала её слушать. Она схватила Эмми за руку и потащила к началу цепочки. Смотрительница была миниатюрной, не намного крупнее десятилетней девочки, но Эмми не смела ей перечить. Она слишком хорошо знала мисс Ласкоув, похожую на механический игрушечный поезд, вечно заведённый и сердито пыхтящий, и понимала, что её лучше не злить. Вот только так получалось, что Эмми постоянно, хотя и совершенно не нарочно, раздражала свою смотрительницу.
– Будешь идти рядом с мисс Роуз и малышами, раз не можешь прилично себя вести. Ну почему все дети как дети, а ты постоянно что-нибудь выкидываешь?! И сегодня утром отвратительно себя повела. Будто у нас без того забот недостаточно. – Мисс Ласкоув взглянула на часы. – Мисс Роуз, надо поторопиться. Время поджимает, а на станции наверняка будет полно народу. – Она поспешила обратно в хвост цепочки, строго шепнув Эмми на ухо: – Веди себя хорошо!
Мисс Роуз обычно держалась более спокойно, но даже она разочарованно покосилась на Эмми и вздохнула:
– Опять отличилась, Эмми? Я уж думала, ты должна понимать, что хотя бы сегодня лучше не шалить.
– Он меня толкнул, – пробормотала Эмми. Да, второй раз она его пнула вовсе не поэтому, но ей всё равно хотелось постоять за себя. – Так нечестно. Почему наказывают всегда только меня?!
Эмми шла рядом с хмурой мисс Роуз, кипя от ярости и что-то бормоча себе под нос. Фырчание и ворчание помогали сдерживать слёзы – она вовсе не собиралась давать Артуру Бэнксу повод для злорадства.
Об эвакуации им сказали накануне. После завтрака мисс Ласкоув поднялась из-за стола и объяснила, что через несколько дней будет объявлена война и обитателей сиротского приюта «Крейвен» переведут в более безопасное место.
Никто из детей не понимал, что такое «эвакуация». Только то, что это как-то связано с рядами коричневых коробок на полках в классной комнате, в которых лежали противогазы. Последние несколько месяцев детей заставляли раз в неделю натягивать эти жуткие резиновые маски и сидеть в них какое-то время, глядя на своих свиноносых и пучеглазых соседей. Артур быстро научился издавать в них неприличный звук, похожий одновременно на выход газов и хрюканье. Он регулярно его повторял, и все смеялись. Даже мисс Ласкоув не особо строго его отчитывала.
Эта маска являлась Эмми в кошмарах. Почти каждую ночь во сне она видела её холодные стеклянные глаза. Маска всё приближалась и словно пристально глядела на девочку своими пустыми глазницами. Мисс Ласкоув говорила, что маски помогают дышать – но стоило Эмми вспомнить о спрятанном в хлипкой картонной коробке противогазе, как у неё перехватывало дыхание. Откуда вообще может взяться опасный газ? Никто не потрудился им этого объяснить. Артур и его приятель Джоуи считали, что его сбросят с самолётов. Но ведь газ обычно шёл по трубам, ведущим в кухню, к плитам – разве можно перевозить его в самолёте? «Вот бы кто-нибудь сказал, что всё это значит, – с горечью подумала Эмми, пнув носком трещину в тротуаре. – Куда мы идём? Зачем? Что происходит?» Никто не давал им ответа на эти вопросы. Детям не полагалось ничего знать. Их просто собирали как посылки и отправляли прочь.
– Смотри, – прошептала девочка, рядом с которой поставили Эмми, и потянула её за рукав.
