Том стирает пот со лба и устало целует меня. Поверить не могу в то, что это произошло… что мы стали настолько близки.
Мы лежим, обнявшись, какое-то время, а потом Том отстраняется. Выходит из меня и смотрит куда-то между моих ног, замирая. Я теряюсь, спрашиваю:
– Что не так?
– Тебе точно было не больно? – переводит на меня взгляд.
Я поднимаюсь и вижу, что на простыне алеет пятно. Кровь. Я рефлекторно касаюсь паха пальцами, а потом смотрю на них. Красные. Взглянув Тому в лицо, я говорю:
– Точно было не больно… Я не знаю, почему так много крови…
Том поджимает губы и снимает презерватив, скидывая его на пол.
– Пойдем в душ, – предлагает.
Я киваю.
– Иди, я сейчас буду.
Он без слов уходит, а я опускаю лицо в ладони. Черт, этого я не ожидала. От вида крови в промежности снова начинает болеть. Все-таки что-то пошло не так, не надо было мне делать вид, что все хорошо.
Глубоко вздохнув, я встаю с кровати и иду к Тому в душ.
Перед дверью в ванную комнату я замираю. Слышу оттуда шум воды. Оглядываю свое обнаженное тело и думаю: что дальше? Что теперь? Кто мы сейчас друг другу, как мне себя вести, что говорить? А еще я голая. Да, Том только что видел меня всю, и не только видел, но и трогал, но разве это значит, что я перестала себя стесняться?
Набравшись смелости, я захожу внутрь. Рефлекторно прикрываю грудь рукой, когда вижу его.
– Примем ванну? – спрашивает Том и смотрит на меня.
– Конечно, – говорю на автомате, – только загляну в душ. – И шмыгаю в кабинку.
О боже. Ванну? Вместе? Может, он имел в виду что-то другое? Слишком много потрясений за один день, я перестаю понимать происходящее.
Смыв кровь и смазку, я выхожу. Том уже в ванне, щелкает зажигалкой и затягивается непонятно откуда взявшейся сигаретой. Кладет руку на бортик и говорит:
– Залезай. Не стесняйся.
Я повинуюсь и делаю, как он говорит.
– Ложись на меня, – добавляет, когда я оказываюсь в воде.
Ванна не очень большая, но глубокая, так что я помещаюсь, устроившись на нем. Том курит, а я кладу голову ему на грудь и слушаю, как бьется его сердце. Настоящее, живое сердце. Сердце Тома. Я никогда не чувствовала себя такой счастливой, как сейчас. Не могу поверить в то, что все это происходит. Правда, неловко лежать с ним в ванной. И странно оттого, что мое тело первый раз принадлежало кому-то, кроме меня самой.
Я поднимаю голову и заглядываю Тому в глаза. Он выпускает дым в сторону и тоже смотрит. Недолго думая, я целую его, ощущая на губах вкус сигарет. Целую нерешительно, потому что не знаю, чего ожидать. Вдруг сейчас он скажет, чтобы я катилась отсюда и больше никогда не возвращалась?
Том выкидывает сигарету и обнимает меня за спину, крепко прижимая к себе. Мы не можем остановиться, целуемся бесконечно долго, гладим друг друга и обнимаем. От этой нежности, рассеянной в воздухе вокруг наших тесно прижатых тел, хочется плакать и улыбаться одновременно. Я не могу от него оторваться. Я готова умереть так, целуясь с ним в этой ванне.
– Повернись, – говорит Том, прерывая поцелуй.
Я киваю, не совсем понимая, чего он хочет, и повинуюсь. Он прижимает меня к себе и кладет спиной на грудь. Из воды выглядывают мои разбитые коленки, и, едва касаясь, Том проводит по одной из них пальцами. Я откидываю голову ему на плечо, наслаждаясь руками, скользящими по телу. Именно сейчас, когда все закончилось и теплая вода сняла боль, я по-настоящему расслабляюсь.
Том нежно трогает мою грудь, ласкает соски, сжимает их между пальцами. Я тону в этом неведомом ранее океане чувств и не хочу всплывать на поверхность. Поворачиваю голову и нахожу его губы, чтобы сорвать поцелуй. Том скользит рукой ниже моего живота и говорит:
– Раздвинь ноги.
Я готова заскулить от возбуждения… медленно развожу колени в стороны, упираюсь ими в бортики ванной.
Том поглаживает внутреннюю сторону моих бедер, а потом ныряет между ног рукой, находя пальцами клитор.
– Направь меня, если что, ладно? – дышит в самое ухо.
– Все отлично, продолжай… – закрывая глаза, говорю я.
Он делает все точно как надо. Даже я сама не знаю, как это, но Том в курсе. Он делает это нежно и медленно, а мне уже хочется большего.
– Быстрее… – тихо прошу.
Он выполняет просьбу, доставляя мне сладкое удовольствие. Я постанываю и тяжело дышу, хватаясь за его предплечья.
Постепенно становится все приятнее и приятнее, и в какой-то момент я понимаю, что кончаю. Оргазм проходит через все тело, словно пуля, и осколками разносится по всему телу. Живот сводит, спина выгибается, я совершенно не контролирую себя. На самом пике удовольствия я рефлекторно свожу ноги, и Том замедляется. А когда я расслабляюсь, останавливается.
Он убирает руку, обнимая меня за живот. Тяжело дыша, я просто лежу и наслаждаюсь расслаблением и успокоением. Это намного приятнее, чем наркотики, но и намного короче, чем приход. И все же это что-то совершенно особенное… нас было двое в моем удовольствии: я и Том. Он сделал это для меня, а наркотики ничего для меня не делают.
