Вспомнил о сыновьях, и так сразу погано стало на душе! Он так и не знает, зачем Вовка тогда приходил. С вахты позвонили, спросили, пропустить ли к нему сына? Он даже подумать не успел, «нет!» вылетело само. На самом деле просто испугался. Страшно стало, что сейчас придется посмотреть в серые, как у Веры, глаза – а что сказать? Нечего. И вообще. Ему работать надо, а не с сыном отношения выяснять. Он ведь тогда не сразу понял, что Вовка не ушел домой, а стоит на улице, под окнами его кабинета. Точнее, он и не понял, и не узнал бы – нет у него привычки в окна смотреть, да и времени нет. Секретарша сказала, старая дура! Обязательно ей надо было влезть, доложить… если честно, он не поверил – ну чего Вовке под его окнами дежурить, тем более в такую погоду? А когда подошел, сам взглянул… все. Какая работа? Так и простоял два часа, прячась за шторой. А Вовка все ждал, такой маленький, такой одинокий и жалкий. Потом пришла Вера и увела его. Тогда только Сергей выдохнул и отошел от окна. Потом одним махом выпил полстакана коньяка и поехал домой. Хорошо, дома Полли, захлопотала вокруг, защебетала, супом каким-то из моллюсков накормила – немного отпустило. Хотя как вспомнится эта хрупкая фигурка на автостоянке, сердце сжимается. И только одна надежда – он сумеет все объяснить сыну, когда тот немного подрастет. И когда-нибудь, пусть не завтра, пусть через несколько лет, Вовка поймет его и простит.
И было утро, и был день, и снова ночь, утро, день… Люба привезла мальчишек уже после обеда. Они ввалились в квартиру радостные, возбужденные, размахивающие руками, Павлик даже слегка подпрыгивал, и бросились к матери. Люба, в отличие от них, выглядела тихой и уставшей. Вылезла из кроссовок со стоном облегчения, босиком прошлепала к дивану и рухнула на мягкие подушки.
– Уфф… вот оно, счастье!
– Устала? – сочувственно спросил Павел.
– Не то слово. – Она сменила позу: подняла ноги и вытянула их вдоль спинки дивана. – Я обожаю племянников, но двое суток непрерывного общения – к этому надо иметь привычку. Они все время разговаривают и все время куда-то бегут. – Люба бросила нежный взгляд на мальчишек, которые наперегонки вытряхивали из своих рюкзачков нехитрые сувениры, азартно демонстрируя их. Потом прищурилась на Павла: – А вы как?
– Нормально, – пожал он плечами, безуспешно пытаясь сдержать блаженную улыбку, расплывающуюся по физиономии.
Люба пару секунд разглядывала его, потом кивнула:
– Угу. Ну, у нас тоже все нормально. Экскурсия была шикарная, весь Кремль облазили, только в Оружейную палату нас все-таки не пустили. Но не зря съездили.
– А Вовка хотел залезть внутрь Царь-колокола, но тетя Люба ему не разрешила… – торопился поделиться впечатлениями Павлик.
– Ты сам с Царь-пушки чуть не упал, – не остался в долгу Вовка.
Раздался звонок, и Павлик метнулся в коридор, открывать.
– Дядя Володя! – зазвенел его счастливый голос. – А мы только что из Москвы приехали! Мы в Кремле были, на экскурсии!
– Надеюсь, Кремль выдержал нашествие братьев Карташовых? – добродушно спросил Володя, заходя в комнату. – Общий привет!
– Скажете тоже! Что ему сделается? – Павлик даже немного обиделся.
А Вовка добавил:
– Мы же не маленькие, там хулиганить. Мы ролики снимали и фотки, потом я все смонтирую на компе и сделаю презентацию.
– Серьезный подход, уважаю, – покивал Володя и повернулся к Вере: – А вы как? В смысле, по мальчишкам успела соскучиться?
– Да их не было меньше двух суток. – Каким-то чудом ей удалось сказать это спокойно, почти равнодушно, только скулы слегка порозовели. – Все нормально.
Владимир полюбовался ее сияющими глазами и удовлетворенно кивнул:
– Вот и славно.
Вера все-таки смутилась, опустила глаза и начала суетливо сгребать рассыпанные по столу сувениры:
– Мальчики, быстро забирайте все, освобождайте стол! Вы же есть, наверное, хотите, путешественники?
– Не-а, – дружно откликнулись мальчишки. – А что у нас есть вкусненького?
– Есть не хотим, в автобусе непрерывно что-то жевали, – объяснила Люба. – А вот чаю, горяченького, с лимоном, м-м-м… – Она даже зажмурилась, предвкушая удовольствие.
– А я хочу, – возразил Владимир. – Я сегодня вообще не обедал. И не завтракал, кажется. Что у вас есть сытненького?
За столом засиделись. Мальчишки действительно не были голодны и не столько ели, сколько болтали, продолжая делиться впечатлениями. Впрочем, они быстро вспомнили, что есть на свете и более интересные занятия, и, воспользовавшись тем, что взрослые слушали их не слишком внимательно, тихо слиняли в свою комнату, поближе к компьютерам. Люба действительно ограничилась чаем, а Владимир честно умял две порции картофельного пюре с котлетами, припомнив, что ужин ему дома тоже никто не приготовил, следовательно, имеет смысл подзаправиться про запас. Люба поглядывала на него с непонятной нежностью, а когда он, наконец, наелся, заторопила:
– Пора по домам. Поднимайся, отвезешь меня домой. Ты же на машине, я надеюсь?
