— Дайте мне шанс! Я обещаю исправиться, — не раздумывая выстрелил Алексей, чем вызвал очередные приступы смеха у окружающих.
Дама хмыкнула. Какой резвый жеребец. Его, вероятно, сейчас штормит сильнее, чем при девятибальной качке, а он флиртовать, что ли, пытается?
Алексей попробовал подняться на ноги, чтобы продемонстрировать себя во всей красе и ближе рассмотреть симпатичную мадемуазель с великолепными вьющимися волосами. Но ему не удалось. А если бы капитан и друзья не подхватили, он бы обязательно упал.
— Надо быть реалистом, а не мечтателем, лейтенант. Сейчас вам нужен лишь покой… Отведите этого горе-спортсмена в медпункт. Я посмотрю на него внимательнее.
— Покажу всё, на что способен, — практически безвольно повиснув на руках Никиты и Ильи, уверенно заявил Алексей.
Дама окинула его удивлённым взглядом. А затем прошлась по фигуре с ног до головы и добавила иронично.
— Боюсь, лейтенант, сейчас вы не на многое способны. Меня ожидает неизбежное разочарование.
Алексей захихикал про себя. Ему всегда нравились такие колкие. Такие, кто за словом в карман не полезет. И это явно не глупая малолетка, с которыми он имел дело в Магнитогорске. Такая же язвительная, как та Леночка из ночного клуба. Реально жаль, что так и не удалось сразиться с ней на кровати… А эта, хоть и заметно старше, ведёт себя примерно так же: на каждое слово отвечает, будто мячик для пинг-понга отбивает. Видимо, сказывается опыт общения с излишне инициативными донжуанами.
— Ну, хоть серебряную медаль получил, — держа шатающегося друга под руку, прокомментировал Илья. Он реально перепугался, когда Алексей угодил под профессиональный удар. Хорошо хоть, чувствует себя тот, вроде бы, неплохо. Наверное, уже забыл про полковника Пателя и сосредоточился на той врачихе. Хорошо бы, если так.
— Второе место — тоже неплохо, — поддержал Никита. В этот раз он совершенно не ёрничал. Как и Илья, он тоже перепугался.
— Ведите меня в зАмок, мои верные оруженосцы, — Алексей вцепился взглядом в удаляющийся медицинский халат. Хоть чувствовал он себя не очень, чувствовал себя хорошо.
Лейтенант Телегин Алексей Сергеевич.
Не сказал бы, что башка раскалывалась на части, но всё же со мной было далеко не всё в порядке. Головокружение, как сообщила Зинаида, это последствие сотрясения мозга, коим меня наградил чемпион. Хоть сотрясение не сильное, и не такого уж большого мозга, как успела сыронизировать она же, головные боли мне обеспечены в течение нескольких дней. А потому эти несколько дней — как минимум двое суток — я буду вынужден провести в лазарете. В её компании и в компании самого себя.
И я, в принципе, не возражал. Когда Никита и Илья удалились, я, наконец-то, смог сосредоточиться на этой насмешливой даме. Рассмотрел её от ступней до макушки и согласился с самим собой, что она действительно симпатичная. Особенно мне понравились её волосы. Русые, естественно вьющиеся. Смотря на копну её волос, я будто смотрел на рекламные проспекты дорогих шампуней. Но помимо этого я не забывал разглядывать другие места, интересовавшие меня куда больше.
— Хотите прожечь во мне дыру, лейтенант? — прошло немного времени с нашего официального знакомства, но ехидная усмешка не покидала лицо Зинаиды. На каждое моё слово, на каждый мой взгляд она реагировала.
— Нет. Просто хочу избороздить тело и докопаться до сути. Ну то есть узнать, что скрывает этот чёртов бесформенный халатик, — я уже понял, что она совсем не против такого тона. И подобных речей. Мой открытый интерес или льстил ей, или она привыкла к подобным нахальным ухаживаниям. Что, в принципе, не удивительно при такой-то внешности.
— Тогда Вам остаётся только воспользоваться воображением, — в очередной раз усмехнулась она, воткнула иглу в пузырёк, наполнила шприц какой-то жидкостью, а затем впрыснула в мою вену. — Этот коктейль поможет Вам быстрее погрузиться в состояние, где воображение — единственная реальность.
— Зин, давай на ты? — моя мальчишеская улыбка ранее творила чудеса. Но тут почему-то всё никак не срабатывала. — Начнём с дружбы и продолжим неторопливо двигаться дальше.
— Друзей у меня достаточно, лейтенант, — вновь фыркнула она. Но убрав шприц, уходить не спешила. Принялась зачем-то копошиться в медицинском шкафу.
— Фух, ну слава Богу, — картинно выдохнул я. — Раз друзьями нам стать не светит, значит единственный вариант — стать любовниками.
Зинаида повернулась и удивлённо посмотрела на меня. Она едва сдерживалась, чтобы не засмеяться.
— Как на счёт свидания? — продолжил ковать я. — Прекрасная пища в кафетерии. Что-нибудь мишленовское из микроволновки… Затем на сладкое — кекс. А на десерт — секс… Но, если ты вдруг будешь против, можем поменять последовательность: на десерт — кекс, а на сладкое — секс.
Она рассмеялась. Рассмеялась открыто, более чем откровенно показывая, что совершенно не обижается.
— А ты резвый, я смотрю. Или от удара всё в мозгах перемешалось?
