Волею сумрачных торговых богов крошечной человеческой космоимперии на этот раз «трём шестёркам» по самую рубку залили банальной ашдвао в жидкой фракции, что было бы удивительно для любой другой части этой беспокойной галактики, но тут случай был донельзя особый.
Обыкновенно люди предпочитали селиться в звёздных системах настолько банальных, что те в итоге наполовину состояли изо льда. Запускай себе фузионные реакторы да очищай-перетапливай, хоть залейся. А лучше — пополняй в хранилища сразу в готовом виде, как собственно и случилось на Янсине, голубой и совершенно жидкой суперземле, по недоразумению если чего и не содержавшей в собственных недрах, так это, собственно, земли, то есть металл-силикатов пополам с лёгкой фракцией оксида алюминия. А состояла она по большей части из той самой воды, чистейшей, едва подсоленной и полностью готовой к употреблению непосредственно внутрь. Наливай да пей.
А вот «Тсурифа-6», делавшая за неполных две сотни стандартных лет один полный оборот вокруг тесной системы из двух белых карликов массой 0,17 и 0,3 солнечных, разумеется, никакими запасами воды похвастаться не могла вовсе. Этот участок пространства потому и был некогда выбран для возведения промежуточной станции, что был совершенно вычищен давними взрывами на поверхности местных светил, и ничего крупнее случайно угодившего сюда из внешнего космоса кометного ядра здесь не пролетало чаще, чем, скажем, раз в десятилетие.
— Вот так, советник Е, кажущееся удобство навигации рано или поздно превращается в логистический ад.
Е Хуэй, как и положено по статусу, стоял чуть позади и методично кивал, внимая мудрости посланника Чжана. Наверняка под этой лысой черепушкой находилось место и насмешке, и прочему злонравию, но разумеется, внешне он их никак не проявлял, всем своим видом изображая вящее смирение в предвкушении следующих слов посланника. Сам же Чжан Фэнань, в свою очередь, не спешил давать слабины, продолжая со всё тем же невыразимо заносчивым видом велеречировать себе в диафрагму, заставляя собственное непомерное пузо рокотать в следующем духе:
— Верно сказал отец-основатель Ма Шэньбин в собственных наставлениях потомкам: тот из вас, кто польстится на простоту решения, истинно пожнёт сложности в его исполнении.
— С другой стороны, посланник Чжан, если бы станцию заложили на орбите банальной звёздной системы в зоне обитаемости сразу за, скажем, внешними орбитами местных горячих юпитеров, нам бы пришлось подходить к станции после прыжка добрых три месяца, что весьма прискорбно сказалось бы на вашем плотном графике, а также на стоимости аренды лихтерных тягачей.
Чжан Фэнань кивнул, благосклонно соглашаясь.
— А ещё им бы и тут своей воды хватало, зачем им тогда наша!
Е Хуэй, мгновенно уловив искру смешинки в гулком голосе посланника, тотчас принялся угодливо заливаться своим безумным скрипучим смехом, то и дело приседая в деланном восторге и хлопая себя ладонями по ляжкам. Ай да посланник Чжан, ай да шутник!
И правда, если бы «Тсурифу-6» угораздило быть построенной на внешней орбите типичного для Шпоры Ориона звёздного населения, они бы и без того устали от местных ледяных глыб уворачиваться, не то, чтобы заказывать воду с доставкой аж от самой Янсин.
Впрочем, за последние три года у станции появились проблемы не только с водой, но и вообще со всем на свете. Потому-то они сюда и притащились. Директорат «Янгуан», по здравому разумению, рассчитывал заполучить от этого визита куда больше, чем повышенные лимиты на торговые операции в квадранте Ворот Танно. Впрочем, до чего-то конкретного ещё нужно было договориться. А сперва — хотя бы попросту долететь.
Чжан Фэнань жестом велел советнику Е остановиться — и он тотчас без запинки прекратил буквально только что казавшийся неудержимым смех — после чего твёрдым шагом направился в рубку.
Лихтер-рудовоз «Тэ шесть сотен три», как и все каргокрафты своего класса, был на взгляд изнутри невероятно, непозволительно комфортен. В том смысле что потолки на его палубах терялись над головой на немыслимой высоте, а в переходных галереях можно было легко играть в софтбол, настолько они были просторными. Облицовка всего этого богатства была, конечно, донельзя кондовой — голый металлполимер, едва обтянутый гладким матовым самозатягивающимся пластиком, однако каждый, кто хоть раз покидал родной мир, знал, насколько обычно были тесны крошечные скорлупки террианских кораблей и как непозволительно дорог в них был каждый свободный кубический метр опрессованного объёма. Но то пассажирские корабли или даже боевые крафты (невыносимая степень личного дискомфорта на борту последних вообще вошла в легенды), совсем другая история — грузовые лихтеры. Они были столь огромными, что экономить на крошечном личном пространстве для экипажа и обыкновенно соседствующей с ним рубки было бессмысленно. Всё равно его оборудование на фоне прочей громады обходилось в ничтожную сумму. И вот теперь посланнику Чжану с советником Е приходилось бесперечь часами наматывать круги по гигантскому полупустому кораблю.
