Трибунал (сборник) полностью

Дверь распахивается, в комнату врываются двое в масках и один забинтованный.

Крики . Стоять! Лицом к стене! Руки за голову!

Филипп ( все исполняет, но при этом возражает ). What is the matter? Я делаю протест! Я американский ситизен. Вы не имеете прав! Я требую америкэн консул.

Былкин . Бу-бу-бу-бу!

Микола заходит сзади, снимает с себя маску и надевает на Филиппа, но дырки для глаз оказываются на затылке. Филиппу связывают руки за спиной. После чего берут его под руки и начинают водить по сцене. По ступенькам спускаются в зал, проводят пленника перед сценой, опять поднимаются на сцену. Включают вентилятор. Дуют им Филу в лицо, делают вид, что выводят его на улицу.

Микола . Что-то ветрено сегодня.

Немилов . Ничего, с ветерком и поедем.

Сажают пленника в канцелярское кресло на роликах и привязывают к нему. Микола несколько раз хлопает дверцей шкафа, как будто захлопывает дверцы автомобиля.

Немилов . Поехали.

Микола возит кресло по сцене, делая резкие повороты, изображая крутую езду.

Филипп . Куда вы меня везете?

Микола . Молчи!

Былкин . Бу-бу-бу!

Филипп . О бой, если ты существуешь, спаси меня! Хелп ми!

Микола еще резче возит Филиппа по сцене, делая крутые виражи.

Наконец останавливаются. Микола выпускает Филиппа из воображаемой машины, водит по сцене, они спускаются вниз, проходят перед сценой от одной кулисы к другой. Опять поднимаются. Тем временем Былкин и Немилов поработали с интерьером, кое-что переставили, чтобы создать незнакомую обстановку. Филиппа пересаживают на табуретку. Перед ним ставят небольшой стол. С настольной лампой на шарнирах. Сильный луч направляется на Фила. Микола, подойдя сзади, быстро сдергивает с Филиппа и надевает на себя шапку, но совместив дырки с глазами.

Немилов ( хриплым голосом ). Мистер Филипп, объявляю вам, что вы похищены группой движения «Мир против мира». Вам, надеюсь, очень страшно.

Филипп . О нет!

Немилов ( удивленно ). Не страшно? Почему?

Филипп . Потому что я имею страховку от киднеппинг.

Немилов . И на какую сумму у вас страховка?

Филипп . Сто тысяч.

Немилов . Сто тысяч — это хорошо, но мало.

Филипп . Сто тысяч мало?

Немилов . Мы требуем полмиллиона.

Филипп . Но у меня нет такие деньги.

Немилов . Ничего, продадите ваш белый «биэмдаблъю».

Филипп . Но белый «биэмдаблъю» не мой. Я взял его в лизинг.

Немилов . А дом?

Филипп . За дом я имею еще моргидж платить. Если вы его взяли, вы должен будете тридцать лет выплачивать моргидж.

Микола . Вот гад, усе предусмотрел.

Немилов . А как же. Американец. Хорошо. Последнее условие: сто тысяч, или вы подписываете бумагу, что отказываетесь жениться на Надежде Тимофеевне Былкиной.

Филипп . О нет, это я не буду подписывал.

Немилов . Будешь, будешь. Если не будешь, мы тебя убьем.

Филипп . Это я не бою.

Былкин . Ты не боишься? А когда тебя на дуэль вызывали, дрожал, как овца.

Филипп . На дуэл я дрожал, как овца, потому что страховка не будет платил за дуэл. А за убойство страховка будет платил очень много деньги. Очень много! ( Смеется. )

Немилов . Что тебе деньги? Ты их все равно не увидишь. Ты умрешь.

Филипп . О, я умру за лав, за любов. Вы думаете, что все американы думают толко про деньги. Но я веру в любов!

Входит Надежда .

Надежда . В чем дело, что тут происходит?

Филипп . О свити! Какой я радый, что я тебя опять вижу! Меня сейчас будут убить, но я еще вчера послал имейл своему адвокату. Когда меня будут убить, он отдаст тебе мой белый «биэмдаблъю». Ты будешь заплатить лизинг, это немного, а страховка будет заплатить тебе за убойство.

Надежда . Что ты плетешь? Мне не нужна твоя страховка и не нужен твой «бимбимбию». Мне нужен ты.

Филипп . О, как я радый этого слышать!

Надежда . А вообще, что случилось?

Филипп . Ничто особенное, только они сделали мне киднеппинг и хотели взять мои деньги. Я согласил дать им мои деньги, но они хотели, чтобы я отказал от тебя. Я не могу отказал от тебя.

Надежда . О, мой дорогой отважный рыцарь! Как я рада это слышать! А у нас говорят, что американцы все деловые и меркантильные и за деньги готовы продать Родину и родную мать.

Филипп . О нет. Родина я могу продать, но родная мамочка и моя сладкая я не могу. А где я в момент себя нахожу?

Надежда . Ты находишься там же, где был. В нашей квартире.

Филипп . А кто эти люди в маска?

Надежда . Сейчас посмотрим. ( Срывает маску с Миколы. ) Коля, это что за игра? Казаки-разбойники? ( Срывает маску с Былкина. ) Здравствуй, бывший. Это что ж вы такое творите, бандиты?

Былкин . Мы не бандиты.

Надежда . А кто же вы? Что вы устроили?

Былкин . Ничего. Маскарад. Дружеский розыгрыш.

Надежда . Ах, розыгрыш. Маски надели. Похитили человека. А это кто? ( Тянет руки к лицу Немилова. )

Немилов . Осторожно! Это не маска!

Надежда . Вадик, и ты туда же! ( Былкину. ) А ты… ты надеялся, что он откажется от меня под страхом смерти? Но он оказался человеком высокого благородства. А ты опустился до таких мерзких и грязных методов! Как ты до этого дошел?

Былкин . Да, я до этого дошел. Потому что я не могу жить без тебя.

Надежда . Не можешь без меня жить? Еще утром называл меня дурой, а сейчас уже жить не можешь. Да у нас уже полтора года как ничего не было.

Былкин . Коблов с Ленкой уже восемь лет не живет.

Надежда . У него есть уважительная причина. Он педераст.

Былкин . А я гетеросексуал. Я тебя люблю. Платонически. Как Петрарка Лауру. Я не могу с тобой расстаться. У нас же есть общая дочь и духовное что-то.

Былкин плачет. Надежда растрогалась.

Надежда . Степ, не надо. Тридцать лет, конечно, срок, я и сама с тобой сроднилась. Но если у нас нет физической близости, то душевная от расстояний не зависит. Я тебя не забуду. Я буду писать тебе письма по имейлу, эсэмэски буду посылать и посылки.

Слышен приближающийся звук сирены — милицейского спецсигнала. Сцена озаряется переливающимся светом мигалки.

Былкин ( бросается к окну ). Кто это? Неужели опять Коблов? Я же с ним рассчитался.

Звук прекращается, свет мигалки гаснет. Звонок в дверь. Надежда открывает. Входит Володя .

Володя . Всем привет. ( Все смотрят на него удивленно. ) Господа, я к вам на минуту. Геннадий Семенович Коблов сегодня ночью арестован по обвинению в коррупции.

Надежда . Как?!

Володя . Дело ведет прокурор Мирилюдов.

Былкин . Это тот, который ездит в автобусе? Тогда все.

Надежда . А как же это случилось? Ведь Геннадий самый главный по борьбе с коррупцией.

Володя . Самый главный. Но забыл, что есть главнее его. И забыл свое же правило, что генерал-лейтенант не должен строить дом выше генерала армии.

Былкин . Да я был у него на даче. Она не такая уж большая.

Володя . Дача не такая, а вот яхту он построил на пять метров длиннее президентской.

Былкин . Вот дурак-то. На пять метров. Пять метров ( меряет расстояние шагами ) — это же вот. А кто же теперь вместо него?

Володя . Теперь антикоррупционной службой буду руководить я.

Немилов . В ранге министра?

Володя . Как вы угадали?

Былкин . Очень правильный выбор. Одобряю. Но я, извиняюсь, даже не помню вашего отчества.

Володя . А ничего, ничего. Теперь запомните. Но я не об этом. Я знаю, Геннадий Семенович вам кое в чем помогал, так вот я хочу сказать, что я тоже вас своим вниманием не оставлю и верю, что мы с вами сработаемся.

Былкин . Я тоже на это надеюсь. Благодарю за доверие.

Володя . Пока не стоит благодарности. ( Подумав. ) А потом благодарность будет кое-что стоить. ( Громко смеется. ) Ну пока, Степан Петрович, до скорой встречи.

Былкин . До свидания, очень рад был повидаться.

Володя уходит. Удаляющиеся звук сирены и блеск мигалки.

Былкин . Подонок! Мерзавец! Ты думаешь, что я буду как раньше брать взятки и тебе откатывать? Нет, так больше не будет.

Надежда . Степа, ты что? Если не будешь откатывать, тебя посадят.

Былкин . Не буду брать и не буду откатывать.

Надежда . Тогда посадят тем более.

Былкин . Если все равно посадят, то хотя бы я сам буду знать, что посадили честного человека.

Надежда . Степа, по-моему, ты немного того. Тебе надо показаться психиатру.

Былкин . Психиатру надо всем показаться. Мне, тебе, ему.

Входит Прахов .

Прахов . Доброе утро.

Былкин . Доброе. Добро пожаловать в наш дурдом.

Прахов . Что-то случилось?

Былкин . Случилось. Твой клиент уже не хочет жениться на Клаве, а хочет — на ее матери.

Прахов ( ничуть не удивившись ). Ну что ж, в моей практике такое бывало. Правда, обычно в другом порядке. Хотят жениться сначала на матери, а потом на дочке. Но нашу фирму и это устраивает. Для нас желание клиента превыше всего.

Былкин ( запальчиво ). А меня это не устраивает.

Прахов . Но вы не наш клиент.

Былкин . Я с ней прожил тридцать лет, а теперь она меня бросает. В беде бросает. Меня, может быть, завтра посадят. И некому будет принести передачу.

Надежда . Но я слышала, что в тюрьме сейчас кормят очень неплохо. А теплые носки и теплые кальсоны я тебе сразу дам.

Былкин . Мне не нужно от тебя ничего.

Надежда . А иногда буду тебе писать эсэмэски.

Былкин . Я не хочу читать эсэмэски.

Филипп . Я имею компьютер, Интернет, вы будешь смотреть на нее по скайп.

Былкин . Где я буду смотреть скайп? В Лефортове? На Лубянке?

Надежда . Степа, милый, если ты так боишься, тебе надо, пока не поздно, бежать. Я бы взяла тебя с собой — но в каком качестве?

Былкин . В качестве старого дурака.

Прахов ( рассудительно ). В этом качестве американцы вряд ли дадут вам визу, но вы, Надежда Тимофеевна, можете Степана Петровича адоптировать.

Надежда . Чего?

Немилов . Ну, то есть усыновить.

Надежда . Усыновить? Его? Да он же на семь лет старше меня.

Прахов . Закон об усыновлении возрастных ограничений не ставит. Зато с визой проблем не будет, у американцев есть закон о воссоединении семей.

Надежда . Ну, если Фил не против…

Филипп . Я не против. Я видел, как Степан Петрович умеет хорошо считать продуктов, он будет у меня работать на кухня.

Былкин . Я буду. Если без взяток и без откатов.

Входит Софья Гавриловна .

Софья Гавриловна . Надя… Ой, столько людей! У вас что, заседание?

Надежда . Ты что-то опять забыла?

Софья Гавриловна . Я помню, что я что-то забыла, а что забыла, не помню.

Надежда . Мам, у меня для тебя новость. Ты только не пугайся. Я выхожу замуж.

Софья Гавриловна . А ты разве не замужем? У тебя муж был такой… ( Замечает Былкина. ) Разве это не он?

Надежда . Да, он. Его, кстати, не сегодня завтра могут посадить.

Софья Гавриловна . Посадить? Если за антисоветскую деятельность, ты должна с ним немедленно развестись и сменить фамилию.

Надежда . Именно это я и собираюсь сделать. Я выхожу за Фила. Вот он.

Софья Гавриловна . Его как раз помню. Американец.

Былкин . Вот это маразм! Его видела один раз — и запомнила, а со мной в одной квартире тридцать лет — и не помнит.

Софья Гавриловна . Дочка, я советую тебе его тоже забыть. Но если ты выходишь за иностранца, ты должна получить разрешение от НКВД.

Надежда . Мамочка, неужели ты совсем не ориентируешься во времени? Сейчас двадцать первый век, никакого НКВД давно нет, а мы свободные люди.

Былкин . Пока нас не посадили.

Надежда . И можем делать все, что хотим.

Былкин . Потому что все равно посадят.

Надежда . Но ты не бойся. Мы тебя не оставим. Мы тебя возьмем с собой, правда, Фил?

Филипп . О да, свити. Если нет другой выход.

Софья Гавриловна . Куда вы меня возьмете?

Надежда . В Америку, мамочка.

Софья Гавриловна . В Америку? И я там увижу Тимоти?

Надежда . Тимоти? Какого Тимоти?

Софья Гавриловна . Я сказала «Тимоти»?

Надежда . Да, ты сказала «Тимоти». Кто это?

Софья Гавриловна . Я не помню. ( Волнуется, переходит на крик. Истерически. ) Я не помню, не помню, не помню!

Вдруг начинает биться в конвульсиях. Ее усаживают на диван. Все вокруг нее сгрудились.

Надежда . Клава, звони в «Скорую». Степа, воды!

Софья Гавриловна задергалась и замерла сидя.

Прахов ( подбежал, пощупал на шее пульс ). Всё.

Надежда . Что «всё»?

Прахов . Все кончено.

Все стоят молча. Вдруг Софья Гавриловна открыла глаза, осмотрела всех стоящих и улыбнулась.

Софья Гавриловна ( с просветленным лицом ). Я все вспомнила.

Надежда . Что ты вспомнила, мамочка?

Софья Гавриловна . Все. Тимоти вспомнила.

Надежда . Тимоти?

Софья Гавриловна . Мы познакомились в пятьдесят первом году на «Лебедином озере» в Большом театре. Он оказался американским военным атташе. А я была обыкновенная молодая советская женщина, член партии и член бюро райкома. Но в Тимоти я влюбилась. Мы встречались восемь месяцев. Он был женат, но готов развестись со своей Джил и жениться на мне. Когда он уехал в Чикаго брать развод, меня арестовали. Это было уже не НКВД, а МГБ. Меня допрашивал и пугал министр Абакумов. Обещал выпустить, если я забуду Тимоти. А потом со мной что-то сделали, и я его правда забыла. Я даже не помнила, как тебя родила в тюрьме.

Надежда . Ты меня родила в тюрьме?

Софья Гавриловна . Во внутренней тюрьме на Лубянке. Но я только сейчас это вспомнила. А тогда эта часть жизни вылетела из головы, как будто была стерта. Только иногда у меня были сны, которые на что-то мне намекали.

Надежда . И у меня были сны. Но ты же понимала, что ты меня не могла родить ни от кого.

Софья Гавриловна . Я понимала. Но, судя по отчеству, которое тебе вписали в метрику, думала, что у меня был какой-то Тимофей.

Клава . Ты мне говорила, что он был летчик и где-то погиб.

Софья Гавриловна . По профессии Тимоти правда был летчик. И для нас он правда погиб, как и мы для него.

Входит Клава .

Клава . Что тут происходит?

Надежда . Доченька, мы решили уехать. Я, папа, бабушка и ты. Фил нас всех берет с собой. Правда, Фил?

Филипп ( покорно ). О, йес.

Клава . Нет, мамочка, мы с Вадиком остаемся здесь.

Былкин и Надежда ( одновременно ). Вы с Вадиком?

Клава . Да, мы с Вадиком.

Надежда . А ты вообще подумала…

Клава . Мамочка, я твоя дочь. Когда я в кого-то влюблена, я думаю только о том, как я его люблю.

Микола . Вот это да! Везет же кому-то. Ничего у него нет, ни кола, ни двора, ни грошей, а ему такая жинка достается. Разве ж это справедливо? Ладно. Как сказал поэт, пиду шукать по свету, дэ оскорбленному есть чувству уголок. А вас, Клавуся, буду любить издаля, как Петрарка Лауру. ( Идет к дверям, но возвращается. ) Да, забыл. Это вам на свадьбу. ( Протягивает футляр с колье. )

Клава . Нет, Коля, это я все-таки не возьму, это слишком дорого.

Микола . Та ерунда!

Махнув рукой уходит.

Прахов ( Клаве ). А все-таки жаль.

Клава . Чего?

Прахов . Вы столько времени потратили на Достоевского.

Клава . А мне не жалко. Очень хорошая проза. Но стихи Вадика мне нравятся больше.