Он осторожно колупнул дрожащим пальцем поверхность и растёр потеплевший воск между пальцами.
— Мудро-мудро. — наконец проговорил царь. — Как пришло тебе в голову использовать воск дабы закрыть все дырки в решете?
— Давеча ездил я на местную пасеку к Семёну Петровичу. Вы знаете его, царь-батюшка, это мёд с его пасеки постоянно доставляют ко двору.
— Как же не знать, Семёна Петровича. — согласился с ним Берендей. — У него самый лучший мёд во всем Тридевятом царстве.
Пчеловод засиял как начищенный самовар, отвешивая поклоны царской семье:
— Благодарю вас, царь-батюшка, Иван-царевич, за слова добрые! Во век не забуду! Буду в старости внукам рассказывать!
— Эй, Всеволод Владимирович, распорядись-ка наградить Семёна Петровича из казны царской. — наказал главному казначею царь Берендей, тот заметно побледнел, а пасечник засиял пуще прежнего.
— Как прикажете, царь-батюшка. — поклонился казначей, отмечая у себя что-то в берестяном свитке.
— Благодарствую, царь-батюшка, кормилец наш! Во век вашей милости не забуду! — ещё раз поблагодарил пчеловод.
— А теперь, Иван-царевич, расскажи, как решил ты воск использовать? Увидел что-то на пасеке? — спросил царь у младшего сына.
— После того, как Семён Петрович научил меня как соты собирать, мы застали его детей за лепкой восковых игрушек. И младший Митюшка заметил тогда, что воск плохо смывается водой. Так и решил я, что можно его для решения твоей загадки использовать.
— Вот оно что. — закивал царь. — Вижу, Семёну Петровичу достойный помощник растёт. — теперь настала очередь засиять вслед за тятенькой Митюшке. — Случай помог тебе пройти моё испытание, Иван-царевич, но ты правильно сумел им распорядиться. Мудрый царь должен уметь слушать любого из своих подданых, пусть они даже от горшка два вершка.
— Но, царь-батюшка! — возразил Василий. — Разве это не надувательство? Ведь не сам Иван-царевич справился с заданием, а помогли ему.
— Ежели Иван-царевич бы пропустил слова мальчонки мимо ушей или не придал бы им значения, во век бы не решил мою загадку. Нет здесь и толики жульничества, Василий.
Тот хотел было вновь возразить, но Берендей сразу же прервал его:
— Перейдём к твоему испытанию, Василий. Докажи, что справишься с ним не хуже Ивана.
Василий хмуро посмотрел на младшего брата:
— Уж я-то справлюсь. — заверил он.
— Настала очередь Василия-царевича проходить испытание решетом! — провозгласил бирюч. — Извольте начинать!
Василий горделиво прошествовал к озёрной глади, красуясь перед собравшимися девицами грациозной походкой, и достал из мешка решето, которое утром забрал у Ольги. Он не сомневался, что сделано оно было отлично, и будущая супруга его не подвела. Дырки в решете были заделаны глиной и илом, на первый взгляд выглядело добротно. Василий зачерпнул воды и гордо продемонстрировал толпе, что ничего не разлилось. Однако, пока он шёл до царя отсыревшая глина вперемешку с илом начала продавливаться под тяжестью воды. Решето потекло прямо на глазах у царя-батюшки, царевич смог наполнить оставшейся водой только четверть чарки, кинув недовольный взгляд на Ольгу.
— Хорошая попытка, Василий. — похвалил его Берендей. — Но недостаточная, чтобы пройти моё испытание.
— Я старался, царь-батюшка. — заверил его Василий.
Берендей коротко кивнул и взглянул на старшего сына, который заметно занервничал после неудачи Василия.
— Последним испытание должно пройти Сергею-царевичу. — провозгласил бирюч под одобрительные крики стрельцов, Сергея они обожали. — Извольте начинать!
Старший царевич без видимого желания подошёл к воде, вынимая решето, выглядело оно намного хуже, чем у Василия. Он зачерпнул им воды, но не рассчитал силу, поэтому глина на дне сразу размылась, замочив сапоги царевича грязью.
— Что ж, неплохая попытка, Сергей. — покачал головой царь Берендей. — Любопытно, что вы с Василием использовали одинаковый подход.
— Он подсмотрел за мной. — без зазрения совести ответил Василий.
— Ничего подобного. — сухо ответил Сергей. — Не моя вина, что наши догадки совпали.
— Мы не будем разбираться, кто у кого позаимствовал решение загадки. — успокоил старших царевичей отец. — Первенство я заслуженно отдаю Ивану-царевичу.
— Иван-царевич одержал верх в первом испытании! — радостно провозгласил бирюч. — Кто бы мог подумать, что младший сможет опередить старших!
Собравшиеся разделили его радость, за исключением тех, кто делал ставки в пользу проигравших царевичей, те были мрачнее тучи, мысленно прощаясь с деньгами. Иван же скромно поклонился, ему была приятна похвала отца, и он был благодарен Василисе и Митьке за подсказки, без их помощи точно бы не справился.
— Ты не только показал себя, как мудрый человек, способный справиться с абсурдным заданием, но как умеющий слушать и наблюдать, Иван. — заметил Берендей, глядя на младшего сына. — Я горжусь тобой.
— Вы преувеличиваете, царь-батюшка, я всего лишь воспользовался случаем. — покачал головой младший царевич.
Царь осторожно поднялся с места и вновь показал знак тишины, успокаивая разбушевавшийся народ, а затем негромко начал:
