Не желая больше продолжать бесполезную перепалку, он скрылся на верхних этажах. Иван поморщился от боли в спине, но собрал волю в кулак и кинулся было вслед за ним с заявлениями, что никуда не пойдёт, пока не встретится с Кощеем Бессмертным, но до этого притихшая Яна схватила его за руку, останавливая:
— Оставь его.
— Что он имел в виду, говоря о том, что я не знаю Василису? Откуда он в курсе всей моей жизни, он что следил за мной? — не унимался Иван.
Яна вздохнула и успокаивающе похлопала царевича по плечу:
— Глеб очень резкий, никогда за словом в карман не лезет. — девушка грустно улыбнулась. — Но и согласись, что и тебе любовь на многое могла застелить глаза.
— Он! Он!.. — Иван сделал глубокий вдох, закрыл глаза и постарался успокоить разбушевавшуюся внутри бурю эмоций, на его памяти никто не мог раздраконить его так, как мрачный Глеб. — Знаешь, я не знаю, почему так вспылил. Я царевич и должен держать лицо, но с Глебом у меня совершенно ничего не выходит.
Яна мягко улыбнулась:
— Раньше я была такой же, на его грубость отвечала грубостью. Но затем поняла, что я всё-таки старше и мудрее, и тогда видя моё добродушие, он тоже умерил свой пыл.
— Он всегда был таким?
Девушка задумчиво покачала головой:
— Мрачным — да, грубым стал по воле обстоятельств. У него была не самая завидная судьба.
— Понимаю, что ему тяжело избавиться от груза прошлого, но ни ты, ни Глеб не знаете Василису так, как я. Она помогала мне во всём, не жалея себя. — он перевёл на неё уверенный взгляд. — Если бы вы встретились с ней, то поняли бы о чём я говорю.
— Возможно, ты и прав, но… Честно говоря, мне не хочется встречаться с той, кому моя бабка каждый раз обещает выдергать космы при встрече. — Яна примирительно улыбнулась. — Глеб обещал тебе встречу с Кощеем, он остынет и сдержит своё слово, но постарайся быть с ним помягче и не злить понапрасну.
Иван понимающе кивнул.
— Что ж, раз мы закончили играть, я заскочу к Глебу и тоже буду возвращаться домой.
С этими словами девушка тоже скрылась наверху, оставив Ивана в гордом одиночестве. Только Баюн, проковылявший до лавки и блаженно на ней растянувшийся нарушил царящую вокруг тишину.
— Кто же на самом деле такой Глеб? — внезапно спросил в воздух Иван, не ожидая никакого ответа.
— Спроси его сам. — промурлыкал в ответ Баюн, потягивая уставшие от бега лапки и морщась от боли в ноющем от побоев помела боку.
— Думаешь, он захочет разговаривать со мной? Мы только что разругались в пух и прах.
— Поверь, тебе не удалось его обидеть.
Иван глубоко вздохнул, он не знал, что происходит на сердце у этого мутного юноши, хотя лучше сказать, что совсем его не знал, чтобы строить хоть какие-то предположения.
— Ты знаешь, почему он стал учеником Кощея?
— Не от хорошей жизни. — так же туманно выразился кот, прикрыв золотые глаза, и задремав.
Иван попытался задать ещё пару вопросов Баюну, но тот либо уже крепко спал, либо просто на просто старательно делал вид, что ничего не слышит. Иван прекратил жалкие попытки по выведыванию информации у кота и поднялся на второй этаж, где царила гробовая тишина, он не знал, где комната Глеба, но предполагал, что юноша сейчас не горит желанием общаться с ним, поэтому направился к себе. Усталость накатила, ведь Иван ещё не совсем восстановился после долгого, недельного ожидания на крылечке. Еле волоча ноги, он добрался до постели и, как только голова коснулась желанной подушки, уснул.
— Я хотел извиниться за то, что вспылил вчера. — сказал с утра Иван, когда спустился вниз к завтраку.
Глеб обнаружился у самовара раздувающим угольки, почему-то в готовке он совершенно не использовал магию, был ли в этом какой-то скрытый смысл или банальное желание сделать что-то самостоятельно царевич не знал.
— Мне не стоило лезть не в своё дело. — спокойно отозвался Глеб, закончив с разогревом. — Ты волен жениться хоть на кикиморе.
Иван рассмеялся, глядя на недоумевающего юношу:
— Ты сказал точно, как мой средний брат. Он пророчил мне женитьбу на кикиморе.
— В общем-то он был близок к истине. — тихо произнёс Глеб так, чтобы Иван не смог разобрать его слов, а затем разлил ароматный напиток по чашкам, как всегда, делая свой невыносимо сладким.
— Можешь рассказать мне о своём учителе, каков он? — царевич сел за стол завтракать после немого приглашения Глеба.
— Ты, итак, знаешь о нём, разве тебе сказки не сказывали? — пожал плечами ученик чародея, отпивая немного отвара, в отличие от Ивана, который привык хорошо завтракать, Глеб ел совсем мало, будто и вовсе не нуждался в еде.
— Слышал, что он похищал красных девиц, что убил многих воевод, бросавших ему вызов, что в подвалах кощеева терема сундуки от злата ломятся… — перечислил Иван, наблюдая за реакцией собеседника, но тот и бровью не повёл. — Но сейчас мне кажется, что многое из того, что я знаю ложь.
— С чего такие выводы?
— Баюн рассказал, что Кощей Бессмертный спас его. — начал царевич, отхлебнув ещё немного напитка из кружки.
— Кот мог набрехать, что ещё?
