— Поскольку я здесь единственная девушка, то и начну! — Яна демонстративно взяла рубин со стола и сделала первый бросок.
Через какое-то время поле начало пустеть, всё меньше и меньше на нем оставалось разноцветных камушков, но несмотря на то, что Иван и Яна били только по чёрным, их всё равно было больше всего. Глеб виртуозно играл сразу против двух противников, сбивая их камни вниз одновременно, совсем не испытывая трудностей от двойных атак по своим боевым единицам. Ивану даже показалось, что он где-то жульничает, но потом дошло, что в отличие от него, эти двое уже давно собаку на этом деле съели, поэтому для них это не так уж и сложно. Тем более для Глеба, который наверняка отточил технику, пока пребывал здесь в полном одиночестве. Когда последний зелёный камень упал на пол, Иван понял, что проиграл. У Яны тоже оставалось не так много рубинов на игровом поле, но и их быстро не стало из-за следующего удара Глеба.
— Его вообще можно победить? — спросил Иван, обращаясь к девушке.
— Только если он сам этого захочет. — туманно отозвалась та.
— Я проиграл. Что ты хочешь узнать? — царевич перевёл взгляд на чародея, который аккуратно сортировал упавшие камушки с помощью магии на столе.
— Я изначально был против ваших правил, так что не хочу ничего спрашивать. Помимо этого, касательно тебя, всё, итак, очевидно. Так что мы сразу можем начать следующую партию. — безразлично отозвался Глеб, подхватывая обсидиан.
— Мы даже нормально не разговаривали! Как ты можешь что-то знать обо мне? — Иван навис над юношей, не собираясь уступать, он проиграл и с достоинством был готов рассказать всё, что ученик чародея захочет.
— Нет разницы общались мы с тобой или нет, вся жизнь на твоём царском лбу написана.
— Ты относишься ко мне пренебрежительно только потому, что я царевич? А ведь я хотел подружиться с тобой. — горько заметил Иван.
— Не стоит тебе со мной общаться, а тем более дружить. — холодно отозвался Глеб.
— Не решай всё за меня!
— Предупреждаю.
— А я не нуждаюсь в твоих советах!
— Эй, мальчики, может, вы успокоитесь? Хотите, я травок душистых заварю?
— Яна, не лезь! — в унисон крикнули оба.
— Так значит ты всё про меня знаешь? — Иван скрестил руки на груди, глядя на оппонента.
— Именно так.
— Тогда изволь рассказать.
— Изволю. — пожал плечами Глеб. — Ты рос в царском тереме, окружённый заботой и любовью, мамки-няньки сдували пылинки с твоей светлой головушки, а царь-батюшка старался баловать, ни в чём не отказывая. Ты оказался благодарным сыном и вырос воспитанным, добрым и сильным юношей. В один день случайно встретил девушку, которая нуждалась в твоей помощи и не смог ей отказать из-за сострадания к каждой твари, находящейся в беде. Её история о злом колдуне, который насильно пытался жениться на ней, а после отказа обратил лягушкою, поразила тебя в самое сердце. Ты чувствовал, что ты — это именно тот богатырь, что может спаси её и снова вернуть человеческий облик. Посему, не думая о своей буйной головушке, кинулся искать её обидчика в надежде, что он смилостивится и не убьёт тебя, едва стоит переступить порог его владений. Так скажи, Иван, где я ошибся?
Царевич застыл, слушая то, что говорил ему Глеб, и не мог поверить своим ушам, этот человек словно знал всё наперёд, читал его как открытую книгу.
— Тебе бы с Баюном вместе сказки сказывать, у тебя отлично получается.
Глеб на его слова только усмехнулся.
— Впрочем, один вопрос у меня всё же есть к тебе. Как думаешь, Иван, правильно ли жениться на первой встречной, только потому что так сказала волшебная стрела?
— Ты не знаешь Василису, она в отличие от тебя добрый, мудрый и светлый человек! У неё и мысли дурной в мою сторону не было! — вскипел Иван, понимая к чему сейчас клонит ученик чародея.
— Возможно, это тебе стоит задуматься, знаешь ли ты Василису. — спокойно сказал Глеб, поднимаясь из-за стола, отодвигая от себя рассерженного Ивана.
— Не говори так, будто сам её знаешь! — царевич чувствовал себя обиженным, какое право этот парень вообще имеет говорить о его жене, намекая на что-то ужасное.
— Я многое слышал от своего учителя об этой девице.
— Тебе не приходило в голову, что твой учитель может лгать?
— А тебя не посещала мысль, что твоя избранница может быть не той, за кого себя выдаёт?
— И зачем ей это? Мы с Василисой любим друг друга.
— Да я не против вашей любви. Скатертью дорожка. — сказал Глеб, обходя царевича и направляясь к лестнице. — На сегодня мы закончили, я иду спать.
— Нет, мы не закончили! — Иван шагнул к нему, собираясь прижать оппонента к стенке и заставить ответить за обидные слова, словно проснулся в нём сейчас не благородный царевич, а невоспитанный деревенский мужик.
Глеб со своей стороны не дал ему осуществить задуманное, а толкнул магией прямо на лавку, впечатывая спиной в стену.
— Остынь, Иван-царевич. И завтра уматывай восвояси.
