– Точно, – кивнула Оля, – но самой-самой она будет на заводе.
– Правильно…
Марина положила в чай сгущенного молока и принялась запивать оладьи чаем.
– Девчат, давайте сегодня после работы в кино сходим? – предложила Таня, наливая себе вторую чашку.
– А про лекцию забыла? – серьезно спросила Лена.
– Про какую?
– О международном положении.
– Ой, забыла.
– А где будет лекция? – спросила Марина.
– В ДК.
– В ДК? – вздрогнула Марина.
– Да. Пойдешь?
– Не знаю.
– Как так? Обязательно надо пойти. Лектор будет из всесоюзного общества “Знание”. Все вместе и пойдем.
Марина доела оладьи, допила чай.
Встали все разом и стали быстро собираться.
Лена откнопила стенгазету, скатала ее в рулон и перевязала бечевкой:
– Побежали, девочки! Надо еще успеть повесить…
На этот раз Марина не узнала проходной: вокруг вместо потрескавшегося лежал черный дымящийся асфальт, рядом с воротами стояла стремянка, сидящий на ней рабочий аккуратно красил буквы ЗМК яркой серебрянкой.
– Давно пора! – громко проговорила Лена, проходя мимо.
В ответ рабочий улыбнулся и продолжал водить кисточкой по буквам.
Вместе с подругами Марина опустила свой новенький пропуск в узкую щель вахтерской, прошла через никелированную, весело поскрипывающую вертушку и оказалась в просторном коридоре, по которому шли десятки людей…
В раздевалке она, стремясь ни в чем не отставать от подруг, быстро переоделась, повязала синюю косыночку, опустила в карман комбинезона защитные очки.
– Ну, девочки, побежали! – бодро проговорила Лена. – Идемте вешать.
Они быстро выбежали из шумной раздевалки…
Газету повесили в коридоре на первом этаже, рядом со стенгазетой сборщиков “Рубежи трудовой дисциплины”.
Едва только Лена ввинтила последнюю кнопку, как толпа рабочих обступила газету:
– Ух ты…
– Вот механики молодцы!
– А что ж вы думали! Мы не хуже вас…
– А цех как красиво дан, смотри…
Осанистый седой рабочий пробежал глазами заметку о борьбе с браком, повернулся к девушкам:
– Молодцы, девчата. Об этом надо писать побольше.
– Мы стараемся.
– Правильно делаете. Тут со всех концов надо – мы на парткоме, вы в стенной печати, а вместе – на рабочих местах…
Высокая женщина в спецовке читала материал о народной дружине:
– Давно пора… За общественным порядком надо всем следить. Милиции помогать надо, а как же…
Группа молодых рабочих со смехом изучала сатирический раздел “Рашпиль”:
– Сань, гляди, как Петьку протянули!
– С песочком! Молодцы, девчата… смотри… “Часто бегает курить, забыв станок остановить. В результате – гонит брак, трудовой цепочке – враг!”
– Здорово! Теперь у него затылок почешется, а то последний завком с него сошел как с гуся вода… И нарисовали хорошо…
– Такой же лохматый!
– И туфли с каблуками. Стиляга…
– Пойдем ребятам расскажем.
Сзади раздался голос Сергея Николаича:
– Вот ты где! А я тебя ищу.
– Доброе утро, – ответила Марина, улыбаясь. – Смотри, какую мы стенгазету сделали.
– Молодцом! – восхищенно покачал головой Румянцев. – А кто наш цех так изукрасил?
– Это Марина! – ответили девушки.
– Серьезно?
– Абсолютно! – тряхнула головой Лена, и подруги расхохотались.
– Срочно включить в рррредколлегию!!! – притворно-грозно прорычал Сергей Николаич, вызвав новый взрыв хохота.
– Это что за смех за десять минут до работы? – послышался рядом бодрый голос главного инженера. – Здравствуй, Сергей Николаич.
– Здравствуй, Валентин Андреич. Вот полюбуйся, какую нам механики стенгазету отковали.
Черкасов удивленно присвистнул:
– Ну, красота…
Подойдя ближе, он стал читать. Румянцев присоединился к нему.
– А вот это верно, – серьезно проговорил Черкасов, многозначительно постучав пальцем по большой статье о предстоящем субботнике. – Готовиться надо не только на словах. Действительно, если б каждый взял обязательство – представляешь, во что бы это суммировалось?
– Еще бы, – потер подбородок Румянцев, – я же это давно предлагал. А проголосовали только за сорок процентов…
– Дааа… конечно, конец квартала, тут план делать надо. Людей понять можно…
– Да что ж мы – слабосильные, что ли?! – возмущенно проговорила Лена. – Неужели десяток лишних деталей трудно сделать?! Знаете, если у вас в парткоме засели волокитчики и перестраховщики, мы, комсомольцы, обратимся в райком партии!
Черкасов успокаивающе похлопал ее по плечу:
– Ладно, ладно, не кипятись. Этот вопрос будет решаться на днях. Не думай, что вы одни печетесь о достойной подготовке к субботнику. Сергей Николаич предлагал то же самое еще полтора месяца назад…
Девушки удивленно посмотрели на сосредоточенно молчащего Румянцева.
– Как… полтора месяца? – спросила Лена.
– Да. Полтора месяца назад, – продолжал Черкасов. – И советовался там, куда вы собираетесь идти, – в райкоме партии.
Девушки притихли.
– Извините, Сергей Николаич. Мы не знали… – проговорила Лена.
– Да ну что вы, девушки! – рассмеялся Румянцев. – Это замечательно, что вы так по-боевому настроены. Очень хорошо. Я думаю, Валентин Андреич, надо будущее партсобрание сделать открытым. Пусть комсомольцы придут. Вот тогда и поговорим, что называется, начистоту.
